Я присела у перил, и с громким щелчком перевела переключатель огня на «винторезе». Одновременно на вершине лестницы появился человек. Именно человек — не вампир. Охотник, я помнила его по встрече в ангаре — это был конопатый помощник Игоря.

Секунду мы рассматривали друг друга, и он медленно поднял руки.

— Не стреляй, — одними губами произнес охотник.

Палец медлил на спусковом крючке. Глупо огнем раскрыть себя, но, на свою беду, охотник стал ненужным свидетелем.

Я изнемогала от отсутствия решения.

— Где Вацлав? — шепотом спросила я.

Охотник показал глазами наверх, и я коротко дернула стволом.

— Вали отсюда.

В глазах охотника появилось недоверие, словно он подозревал меня в изощренной игре. Он вопросительно взглянул в сторону выхода и снова на меня. Не верил, что отпускаю.

— Пользуйся моим великодушием, — прошипела я, не опуская «винторез».

Он медленно спустился, прижимаясь к стене. Я повернулась следом, охотник пятился до самой двери, а потом рванул наружу.

Он все равно мог позвонить Вацлаву, и предупредить, что я здесь. У меня пара минут в запасе.

Я поднялась по лестнице. Когда уровень пола оказался вровень с глазами, задержалась, осматривая этаж, и преодолела последние ступени. В сумрачный коридор падал свет из приоткрытой двери в зал.

Стали различимы голоса: что-то уверенно говорил Вацлав, чей-то смех, а еще стон. Стонал Эмиль. А кто смеялся, не знаю.

Не спуская взгляда с дверной ручки, я приблизилась осторожно и тихо — как зверь. Мышцы каменели, но страх исчез. Второго шанса не будет: либо я возьму вверх, либо Вацлав меня сожрет.

До двери осталось полметра, когда в кармане зазвонил телефон.

Кровь наполнилась адреналином. Я рывком преодолела расстояние и пнула дверь — она с глухим стуком врезалась в стену, открывая зал.

Я целиком охватила пространство взглядом: Эмиль на том же месте на коленях со сложенными за головой руками, позади чужак с ножом, Андрей у окна. Был здесь и тот, кого я не увидела из дома напротив — у дальней стены околачивался Игорь.

Вацлав стоял в центре зала — спиной ко мне. А больше меня ничего не интересовало.

Он обернулся — трубка у уха, глаза расширены. В последнюю секунду услышал, как звонит мой телефон и понял, что я рядом.

Полностью повернуться я ему не дала: нажала на спуск — била навскидку, почти не целясь. И промахнулась: вместо вампира зацепила охотника.

Отдача жестко ударила в плечо, по инерции я отступила. Неправда, что легкие люди плохо стреляют. Для стрельбы с маленьким весом нужен только хороший упор. Ну, в жизни вообще важно уверенно стоять на ногах в любой ситуации.

Я приноровилась и первой же очередью опустошила магазин — в корпус Вацлава. Серия негромких, но энергичных хлопков — и он упал на пол, еще пытаясь подняться. В глазах появилось замешательство.

Кажется, Вацлав начал понимать, с кем связался: я не собиралась играть в вампирские игры.

— Андрей… — голос еще был чистым. — Убери ее!

Я рывком поменяла магазин. Сделала шаг вперед, восстанавливая прицел — в этот раз целясь в голову. Первая же пуля пробила череп навылет. «Винторез» бил тихо, но комната усилила шум, уши заложило. Тело на полу корчилось в предсмертной агонии.

— Кармен, хватит! — Андрей подошел сбоку, перехватил горячий глушитель и потянул на себя. — Тебя никто не тронет!

— Отпусти! — заорала я, дергая винтовку к себе. Ботинком уперлась в бедро Андрея, пытаясь оттолкнуть, но что значит оттолкнуть вампира в эффекте?

Мгновение мы боролись, он дернул «винторез» слишком сильно, и я рефлекторно выжала спуск — раздался хлопок, словно кто-то шумно открыл шампанское. Пуля ударила ему в грудь и Андрей, наконец, отпустил глушитель.

Я смотрела в обмякшее лицо, открыв рот. Тело закаменело, начиная с плеч, напряжение захватило шею и меня начало трясти. Андрей упал на колени, контуженный, потерянным взглядом шаря по залу. Он полубоком рухнул на бок — еще живой, и попытался отползти, из горла вырывался хрип наполовину с рычанием.

— Яна! — крикнул Эмиль.

Секунду я смотрела на моего друга, у которого была привычка хвататься за оружие, а потом повернулась к Вацлаву — омерзительной дряни на полу, которая продолжала жить. Сознание выключало из внимания гадкие детали, важно одно — насколько он опасен.

Сменив магазин, я снова прицелилась. Захватила в прицельную сетку нетронутый фрагмент лица и выстрелила. Вацлав, наконец, затих.

— Все, — я смотрела на мертвого вампира, который две недели терроризировал город.