Только по рассказам их было двое. Не психованный Игорь ли его напарник?

— Эмиль, если бы я знала, что это Живцов, послала бы к черту. Прости.

Придется ему рассказать. Связаться с фанатиками — все равно, что клеймо получить.

И пока говорила: о том, как Егор пришел в офис, как уговорил помочь, как мы вернулись, тем сильнее злилась.

Охотник хотел добраться до Феликса через мои связи — ведь его прикрывал Эмиль. А убрать за раз двух вампиров такого ранга — это даже Живцов напряжется. Я была хорошим выходом.

Егор считал нас членами одной семьи и прощупывал, перейду на их сторону, или останусь с Эмилем и буду защищать Феликса. Я вспомнила наводящие вопросы о наших отношениях.

Честно говоря, совсем не по-геройски это выглядит. Оказалось, между легендами и реальностью большая разница, подумать только. Он сыграл на моих слабостях, хотя у нас похожие шрамы.

Вот кто так поступает?

— Что они хотят от Феликса? — спросил Эмиль.

— Его обвинили в двух убийствах, но мне кажется, только чтобы убедить меня им помочь.

— И ты согласилась?

— Я поняла, что убийца кто-то другой и им сказала. Я не линчеватель.

Он отвернулся, словно потерял интерес — думал о чем-то своем. Об убийствах он не расспрашивал и этому есть одно объяснение: он знает, кто убийца.

— Сделай мне кофе, — небрежно бросил он.

Разбежалась. Пусть своими вампиршами командует.

— Сам сделай.

— Ну, как хочешь. Не заставляю. Тогда мне придется пару часов поспать, а Феликс тем временем подержит лицо твоего приятеля под своим ботинком.

Проклиная все на свете, я полезла за зернами. Чертов манипулятор. Всегда добивается своего.

— Кто он такой? — неожиданно спросил Эмиль.

— Просто знакомый, — нейтрально ответила я, радуясь, что стою к нему спиной и он не видит моего лица. Пыталась вспомнить какой кофе он пьет, но почему-то именно сейчас эта деталь выпала из памяти. Значит, по моему вкусу.

— Ты с ним спала?

Я покачала головой. Долго он еще будет выяснять отношения?

— Отпусти его, он не местный. И о твоих разборках ничего не знает.

Это был мой первый роман после развода, и все это время Эмиль считал, что я продолжаю по нему сохнуть. Теперь убедился, что это не так. А он терпеть не может, когда его тыкают носом.

— Поверь, у меня и в мыслях против тебя ничего не было, — добавила я. — Если бы что-то замышляла, эту ночь провела бы не так.

«Причем не одна», — этого говорить не стала, Эмиль и так злился.

— Ты встречалась с охотниками сразу после того, как у нас был конфликт.

Я не смогла сдержать улыбку: он имел в виду ту безобразную сцену, когда его подстрелила. Эмиль решил, что я так разозлилась, что решила нанять киллера? Не думала, что произвожу такое впечатление.

— Это не из-за тебя. Хоть они и пытались меня завербовать, я отказалась.

Он замолчал, я смолола зерна, поставила турку на огонь и не выдержала — обернулась. Когда за спиной затаился хищник, это всегда страшно.

Эмиль сидел за столом, откинувшись на спинку стула. Пока я возилась, он успел снять пиджак — похожий на тот, что я испортила. Я заметила новую наплечную кобуру, дорогую на вид. Черные ремни бросались в глаза на фоне белой сорочки.

А когда-то было время, что мы ходили безоружными и ничего не боялись. Хорошо тогда было. Когда-нибудь я из-за этого вляпаюсь. У Эмиля оружие наверняка легальное, а вот у меня…

Он тоже смотрел на меня, но как будто насквозь, словно я предмет интерьера.

С лица сошли краски, черты заострились. На висках выступил пот. Когда-то я считала Эмиля красивым, но сейчас он выглядел плохо. Хотелось спросить, в чем дело, что с ним, но такой вопрос прозвучал бы слишком лично. Как будто о нем беспокоюсь. Плохой вопрос.

Даже если он на пороге голода, это не объясняет остальное: почему такой уставший, будто правда не спит, небритый и волосы в беспорядке. Такое чувство, что ему не до этого.

— У тебя кровь с собой? — нейтрально поинтересовалась я.

Вот, это хороший вопрос. Хотя бы не привяжется, почему спросила.

— Мне не нужно. Недавно пил.

Пока его рассматривала, кофе убежал. На кухне мерзко воняло, но Эмиль не орал и не выговаривал. Наверное, у него действительно что-то серьезное стряслось.

Я выключила плиту и стояла, не двигаясь. Прислуживать не буду. Пусть хоть убьет этого Влада, но он не заставит меня подавать ему кофе.

Шорох за спиной, словно Эмиль встал — я напряглась, но не обернулась. Через несколько секунд он заговорил, и я поняла, что он звонит Феликсу.