— Вот как?

Первый секретарь обкома не подал виду, что здорово удивлён. Умеет держать марку «дядька». Его заинтересованный взгляд, казалось, успевал замечать все вокруг. Так что я тут же взял вожжи на себя. Иначе палево гарантировано.

— Так получилось. Олег Владимирович Овсянников еще в пути, ему пришлось срочно уехать в Академию Наук, а его заместитель Липневский Андрей Викторович внезапно заболел, сейчас в больнице. Вот он и назначил меня временно руководить, чтобы не прерывать работы не на миг.

Снова вмешался важный чин, что подошел первым. И смотрел он на меня так нехорошо:

— Так ведь был еще заместитель директора музея Николай Алексеевич Романцев.

— Он администратор, а у меня есть некоторый опыт именно в археологии. Да и погода, сами видите, переменчива, как юная девушка.

— Любопытно, — Первый с интересом уставился на меня, а я не стал и дальше теряться.

— Не желаете посмотреть наши первые успехи?

— Конечно! Наслышан.

— Правда, у нас грязно. Работаем!

— Ничего, Сергей. Мы чай не сахарные принцы. Ведите!

Вот это деловой тон! Моя затея, похоже, произвела на обкомовских впечатление. Никаких докладов, сразу «в горячий цех». Первый прямо в начищенных ботинках потопал по указанной дорожке к могильнику. С собой мы взяли только его помощника и фотокора.

— Вот это ящик со скелетом неизвестного биармийского вождя. Как видите, мы его поместили сюда целиком, чтобы впоследствии костями занялись специалисты.

— Почему вождя и что такое ваша Биармия?

— Скорее всего подобный нашему богатый могильник не построили бы для обычного жителя. А Биармия — это легендарная страна, которая по свидетельству древних историков располагалась именно здесь.

Первый секретарь обкома удивленно хмыкнул:

— Это еще до прихода новгородцев?

— Да, вы правы. До них. До начала славянской колонизации.

Сам меч мы посмотреть уже не могли, он со слоем грунта был упакован в самодельный ящик. Но показали тщательно исполненный рисунок.

— Сколько ему лет?

— Пока точно не могу сказать, но порядка тысячи лет.

— Да что вы говорите! Как интересно.

Первый задумался и в этот момент раздался отчаянный крик Марины Соколовой. Все тут же метнулись к ней.

— Стоять!

Я даже не подозревал что могу так громко кричать. Важные лица тут же дисциплинированно застыли на месте.

— Я нашла, вы только гляньте!

Марина со всей предосторожностью зачищала странной формы статуэтку.

Я вежливо показал гостям, где им стоит встать.

— Извините, но это очень важно, не затоптать место раскопов.

Первый секретарь понимающе кивнул, а я потянулся за своим фотоаппаратом. Так мы вместе и снимали, любитель-студент и профессиональный фотокорреспондент. Вежливо, не заслоняя друг другу свет и ракурсы. Гайкин неожиданно прошептал:

— Сережа, мне кажется надо потереть этого идола на счастье.

Опыт есть опыт. Чуйка у репортера была отменная. Мы поручили такое важное дело девушке, и вскоре фигура блеснула жёлтым.

— Золото! — выдохнули все.

Золото в чудских могильниках вещь необычайно редкая. И сколько его в этом непонятном идоле? Первым пришел в себя Первый. На то он и первый.

— Сергей, а не кажется вам, что ваша находка имеет очень большую ценность? Не стоит её передать на временное сохранение органам?

Мне хватило несколько секунд, чтобы принять правильное решение.

— Сейчас замерим, запишем, упакуем и передадим. Девчата за работу! Остальных это также касается.

Первый одобрительно хмыкнул, а потом попросил меня:

— Не можем мы, Сергей, где-нибудь переговорить наедине, чтобы не мешать вашим ребятам работать.

— Пойдемте в камеральную палатку, заодно чаю попьем.

— Чаю можно. Люблю, понимаете, с дымком.

Санёк, заметив мой жест, тут же ускакал к костру. Котел с него мы и не снимали. Так что вскоре сидели в палатке с горячими кружками.

— Любопытно рассказываете, Сергей. Сразу заметен искренний интерес к нашей истории. Желаете по науке пойти?