– Дейлен, а ты не пробовал с живыми девочками общаться? Не с книжными?
– В голосе Тайгри послышалась озабоченность.

– Где бы я их взял?
– Мое ехидство вышло горьковатым.

– Ну да, нигде, - вынужден был признать друг.
– Это меня отпускали бегать по ярмаркам, как менее ценного. Но понимаешь… насчет конфет и на ручки — это так не работает. Даже с маленькими девочками. Не говоря уже о взрослых девушках.

– То есть она у нас уже не цыпленок, а взрослая девушка. Определись.

– Она цыпленок по силам. Но если ты ее обрюхатишь — вполне родит, - пожал плечами манул.
– Я хорошо ее просканировал. А вот она меня, кстати, просто тискала и искренне радовалась. В этом есть что-то… подкупающее.

– Хорошо. И что ты предлагаешь, если не условные рефлексы? Феромонами ее облить? Устроить драку с раздеванием?
– Курица меня бесила. Ее вдруг стало слишком много в моей жизни.

– Для начала перестать на нее рычать и обзываться. Что она ответила, когда ты ее дурой назвал, перекинув через плечо? Я думал, надуется. Разорется.

– Я тоже думал. А она сказала «сам такой». И устроилась поудобнее. То ли правда недоразвитая, то ли привыкшая. Да, скорее всего, второе. Все-таки три брата, которые в разы сильнее ее.

– Ну так и пользуйся. Понаблюдай, как с ней обращаются братья. А потом подумаем, как переиначить это в ухаживания. Их-то она точно любит. И к тебе как минимум привяжется. Дальше дело техники. Вот тогда и конфеты, и на ручки — все пригодится. Песню можно будет ей спеть. Под окном помяукать. В смысле покукарекать.

– Что?! Кто тут кукарекает?! Да я сейчас тебе хвост оторву!

Адэрин Дон Энго

– Вся проблема как раз в том, что нет у тебя никаких ментальных способностей, - хмуро сказал Сахлиэ, грея в руках чашку с напитком, больше всего похожим по вкусу на горячий шоколад. Только со стойким привкусом апельсиновой цедры.
– А слухи обязательно пойдут. И это плохо. Василиски давят на бабушку, чтобы она расторгла помолвку с кланом Зульбефар и отдала тебя их младшему наследнику. Пока мы отбивались весьма успешно, отчего василиски злились только сильнее. Они давние наши соперники. Но теперь, когда официально все обвинения отклонены, все проверки пройдены, а подозрения и слухи остались… заполучить тебя будут пытаться не только эти петухи чешуйчатые. Ты это понимаешь?

– Ага.
– Я коротко кивнула и откусила от сушеной колбасы.

Это мы с братом так менялись. Он мне запретные для юных нежных леди перчено-копченые части пойманных в болотах тварей, а я ему шоколад, мармелад и прочие бабушкины леденцы.

– Что «ага», что «ага»? Ты думаешь, мы не видели, как ты на него смотрела! И сейчас вот все наши советы в одно ухо влетают, в другое вылетают!
– рыкнул брат.

– На кого? На петушка?
– Я хмыкнула.
– Змееныш, вот здесь ты можешь не волноваться. Этот злой мальчик первым делом хотел меня стукнуть, потом нашпиговать конфетами по самую макушку, а потом снова стукнуть. Ни разу не привлекательное для меня поведение.

– Но удивительное, если честно. Последний, кто хотел тебя стукнуть, сейчас шлет тебе подарки каждый праздник после нескольких минут близкого общения. А этот… его как будто не проняло.

– Но конфеты он все же пообещал, значит, не все так плохо.
– Я пожала плечами и с голодным урчанием принялась грызть свою колбасу дальше.
– Стало быть, сильно стукать не будет. А остальное… главное, он вовсе не стремился меня потоптать, если ты понимаешь, о чем я.

– Кха!
– возмущенно подавился шоколадом Сахлиэ.

И словно мне мало было забот — колотить брата между лопаток, с улицы вдруг донесся странный звук. Честно говоря, я сначала подумала, что кот подрался с петухом. Но очень быстро поняла: это такой оригинальный музыкальный инструмент. Который кто-то немилосердно истязает.

– Это что?!
– выкашлял наконец брат, с ужасом косясь на окно.
– Это василиск?! Поет тебе призывную песню?!

– Опомнись, змееныш.
– Я хихикнула.
– Это мужское общежитие. Чего бы василиску петь песню под вашими окнами? Скорее, это кто-то из поклонниц крокодилов и прочих рептилий.

– О нет!
– По глазам Сахлиэ я поняла, что неожиданно угадала.
– Только не это! Матао меня убьет!

– А ты-то при чем?

– Если эта ненормальная будет так шуметь каждую ночь, он с меня шкуру сдерет, не дожидаясь линьки!
– Змея аж передернуло.

– А подробнее можно?
– Кажется, сейчас я услышу умопомрачительную историю. Под колбаску в качестве закуски — самое то.

– Да куда подробнее-то? Ты с сестрой этой подробности в одной комнате живешь, не успела еще оценить? Причем тебе младшая сестра досталась, она, по слухам, самая мирная и милая в этой семейке!