– Мирон, стой!
– крикнул один из них, отвлекая на себя мужчину в состоянии аффекта.

Хаосник открыл глаза:

– Чё, сукин сын, кто из нас в больничку едет?
– на мерзком морщинистом лице, появилась довольная улыбка.

Руки Мирона сжались на дряблой шее… Почувствовал, как кадык трепыхается при попытке глотнуть. Ещё немного подержать и эту тварь уже никто не спасёт. Наклонился корпусом вперёд, оскалившись.

– Requiescat in pace, - прошептал ему на ухо, вспомнив слова из сна. Тело хаосника задрожало, в припадке. Мирон разжал хватку.

В коридоре два санитара занимались учительницей, Мирон, переступив через её ноги, вышел на лестничную клетку, где плакала Инна.

– Ты чего рыдаешь? Хорошо же все!
– сев рядом на ступени, обнял.

– Я ноготь сломалаааааа,- уткнувшись в плечо Мирону, девушка всхлипнула, глубоко вдохнув.

– Боец ты! Жаль не запомнишь подвига своего. А ты про пятьдесят седьмую квартиру как узнала?

– Мы когда поднимались, там циферки забавные на двери были, запомнила…

– Наблюдательная, молодец!
– прижал девушку к себе, погладил по спине.

Инна и Мирон стояли у кареты скорой помощи, санитары погрузили в машину пациентов. Один из Белых братьев подошёл к Мирону, вопросительно кивнул в сторону Инны:

– Как обычно?

– Да, как всегда.
– Мужчина отошёл в сторону, в ожидании, когда санитар закончит сеанс внушения.

Он понимал, что Апостолу доложат о том, в каком состоянии его застали в квартире при исполнении. Но это его волновало меньше всего. Он в любом случае смог сдержаться и не прикончить эту мразь на месте. Неразлучники…

Инна бежала навстречу Мирону, тряся туфлями и платьем в руках:

– Хорошо, что их дома не оказалось, а где мы переоденемся теперь?

– Поехали, поужинаем, там и переоденемся, - улыбнулся в ответ, взгляд остановился на светлеющей полосе от нажима ножа на шее секретаря.

Задумался: когда-нибудь он сам будет счастлив поддаться такому внушению, чтобы так же легко и непринуждённо смотреть на жизнь.

Мирон с рапортом вошёл в кабинет Апостола.

– А где Инна? Я же час назад её привёз!
– встревожено спросил подчинённый.

– Ноготь сломала, ушла на маникюр. Дверь закрой на ключ!
– начальник достал из стола бутылку виски и два стакана.
– Присаживайся.

Подчинённый положил перед начальником отчёт на стол. Сел напротив. Пётр Сергеевич налил виски в два стакана, протянул один Мирону.

– Спасибо, я за рулём!
– отодвинул стакан обратно.

– Пей! Мне доложили, ты сорвался… - начальник настаивал.

– Рапорт почитайте, потом поговорим.

– Ты свидетеля затёр, мне тебе просто на слово поверить?
– Апостол стукнул по столу.
– Пей!

Дождавшись, когда подчинённый опустошит стакан, взял в руки рапорт. Бегло просмотрев, отложил в сторону.

– Я могу по собственному уволиться, если надо.
– Мирон потянулся за ручкой.

– Пока не торопись, договорились с ребятами: не разглашать. Латынь откуда взялась?

– Сон приснился.

– Расскажешь?
– Апостол выпил свой виски, налил ещё два.

– Да там и рассказывать толком нечего. Бабулька пришла во сне, слова эти произнесла, они весь день в голове крутились. Вот, пригодились.

– Да уж, на этот раз Бог отвёл.
– Пётр Сергеевич, захмелев от алкоголя, смягчился.
– Инна ноготь как сломала?

– О, она тот ещё терминатор! Оставила торчать во вражеском челе обломок.

– Надо её премировать. Ты мне расскажи, что там за массажистка такая знатная попалась тебе вчера?

– Это надо исключительно испытать на себе, - протянул опустошённый стакан начальнику.

– Позвони, запиши меня! Поеду, сниму напряжение.

Через час выпившие мужчины покинули здание отдела. Апостол отправился на массаж, а Мирон, ждал такси до набережной.

***

Вошёл в арку знакомого двора, посмотрел в окна, в которых горел свет. Нажал на домофоне первый попавшийся номер квартиры.

– Почта!

Дверь подъезда открылась. По ступеням поднялся на этаж Анны. Долго решался нажать на кнопку звонка.

Анна после работы расслабленно принимала ванну с пеной. Ароматы эфирных масел смешивались в воздухе с влажностью пара. Взгромоздив себе на голову шапку и бороду из пушистой пены, наблюдала за тем, как мыльные пузырьки игриво кружат в воде. Капли масла рисовали на плёнке кругов радужные разводы. Вспенивая руками смесь воды с гелем, представляла себя сказочным магом, который создаёт суперпузырь. Соединяла несколько маленьких в один большой, сдувая его в свободное плавание по воде.