– Спасибо, что дождался!
– шёпотом произнесла она.

– Моя девушка-волонтер и заботится о пожилых людях, это можно изменить?
– взяв кисти рук Анны в свои горячие ладони, спросил Мирон.

Аня, услышав, как мужчина назвал её «своей», прижалась ещё крепче к широкой спине такого близкого и почему-то до одури родного человека.

– Расскажи мне о ней подробней, придумаем, что с этим сделать!
– попыталась вновь услышать от Мирона признание в том, что она - его.

Мужчина повернулся к девушке, улыбнулся.

– Поехали, прокатимся на пароходике? Я столько лет живу тут и никогда не катался на нём.

– А разве не поздно?
– Аня поняла, что тоже никогда не смотрела на ночной город с вод реки.

– Я пока ждал, проверил, недалеко есть причал, такси уже едет, успеем!
– Мирон сжал ладонь Анны.
– Если можно, оставь мне свой номер телефона, не хочу тебя терять, -наклонился. Губы Ани, жаждущие поцелуя, потянулись навстречу мужчине.

Как же хорошо, когда всё так легко и просто! Он знал, что она нужна ему, она понимала, что хочет быть с ним. Сердца сблизились, выстукивая в унисон мирный марш умиротворения. Мирон заказал такси заранее, с верой в то, что Аня выйдет к нему. Девушка из сна не может его обмануть! Ожидания оправдались, ошибки нет: Аня предначертана ему судьбой! Они сели в такси, на заднее сиденье, уткнувшись в плечо мужчине, девушка не верила своему счастью.

Прогулочные яхты выстроились в ряд, в ожидании времени отправки по расписанию. Свет фонарей набережной сливался с освещением палуб и отражался от прибрежной воды. Волны неспешно разбивались о гранитные ступени, их шёпот умиротворял. Мирон, сжав крепко руку Анны, уверенно зашагал в сторону роскошного речного судна. Всего лишь один шаг, и набережная сменится металлическим трапом яхты, но этот шаг для Ани не был лёгким. Там внизу, на высоте примерно трёх метров, вода яро бурлила, гонимая активностью судна. Девушку охватил страх. Собрав подол платья, не отпуская руку спутника, совершила усилие над своими переживаниями. Мирон, ощутив волнение Анны, улыбнулся, почувствовал себя бесстрашным рыцарем в глазах хрупкой принцессы.

В просторном зале, обрамлённом дугообразными сводами панорамных окон, играла музыка. Диванные группы, примыкающие к обеденным столам, располагались так, чтобы пассажиры могли созерцать достопримечательности города, не отвлекаясь от ужина. В центре помещения - бар, перед которым статуя Нептуна с поднятым вверх трезубцем, по бокам - постаменты со льдом, увенчанные огромными крабами. Пастельная гамма ресторана, в сочетании с элементами из дерева, располагала к отдыху. Приглушённое освещение, не перебивая резкими световыми пятнами обзор, подчёркивало пейзажи за окнами. Официант зажёг свечу, расположил симметрично два бокала шампанского в качестве комплимента от капитана судна. В бокалах, запотевших от холода напитка, игриво запрыгали пузырьки. Анна, вдохновлённая маленьким приключением, светилась от счастья:

– Невероятно здорово! Мирон, спасибо тебе огромное!
– девушка посмотрела в глаза мужчине, который не мог скрыть своё довольное выражение лица.

– Мне тоже нравится, надо было давно посмотреть на город с воды, - намеренно снижая уровень важности присутствия Анны, произнёс он.

– А почему ты раньше этого не сделал?

– Работы много, некогда было, - мужчина поднял бокал, жестом предлагая Анне присоединиться к дегустации.
– Мы с тобой позже пойдём на верхнюю палубу.

Яхта почти бесшумно начала своё движение, Мирон расслабленно расположился в кресле, пристально рассматривая Аню, не скрывая своего намерения детально её изучить. Под пристальным взглядом мужчины, в глазах которого сложно было прочесть его отношение к ней, девушка чувствовала себя неуютно. Повернулась в сторону окна, наблюдая за мирным движением города. Создавалось ощущение, словно мир кружится вокруг двоих в этот вечер.

– Ты женат?
– не сдержалась от любопытства.

– Да, женат… - Мирон изощрённо изучал реакцию девушки, запоминая её мимику. Дождавшись демонстрации полной палитры черт от эмоциональной встряски, продолжил.
– Женат много лет на своей работе.

– Мирон!
– Анну явно не впечатлили методы исследований её личности.
– Ещё раз захочешь поиграть на эмоциях, обижусь.

– Да, даже, если бы был женат, тебя разве это бы остановило?
– мужчина продолжал выгуливать свой сарказм, накопленный за день. Отыгрываясь за рабочий день, проведённый в местах скопления тёмной энергии.
– Мне нравится, когда ты злишься! У тебя глаза блестеть начинают.

– Это не единственный метод, - Анна, поняв, что разговор не складывается, решила спросить откровенно.
– А где вы познакомились с Петром Сергеевичем?

– На работе, он тебе разве не рассказывал? Или у вас другие темы для бесед?

– Ну, уж явно не о тебе говорим часами!
– девушка, словно сообщающийся сосуд, накачивалась рядом с Мироном настроением, переполнявшим его.

– А о чём? Ань, о чём можно говорить молодой девушке с человеком, который старше её отца? У тебя геронтофилия?

– Об искусстве, о путешествиях, об интересных местах, - попыталась переключить собеседника на другую волну, осознав, что игра на ревности для двоих не идёт на пользу.

– Хочешь, проведу тебе интернет и подарю ноутбук, с ним не надо сексом заниматься, ради подобной информации? Двадцать первый век на дворе!
– Мирон подал жест официанту, дав понять Анне: ответ её на триаду слов, его не интересует.

Анна осознавала, что уйти с палубы яхты можно лишь тогда, когда борт пришвартуют к причалу. Если бы такая беседа состоялась в стационарном заведении, девушка уже давно бы покинула это нелепое свидание. Она чувствовала себя генератором ярости, в который докладывают постепенно объём топлива. Двое мужчин за вечер предложили ей своё «хочешь», но сделали это с такой подачей, что вовсе не выглядело желанием благодетельности, скорее, попытка ущемить её достоинство. Дождавшись, когда официант отойдет, обратилась к Мирону: