— Изволь объясниться. — Холодно сказала Лу, беря перо двумя пальцами и направляя серебряный наконечник на подругу.

— Убил? Ха! Скажи мне, способен ли твой папочка убить шторм? Зарезать лавину или выпотрошить грозу? Лорд не демон, а Стихия. Мощь воплощённая.

— Я догадывалась. — Отрезала Луиджина. — Но прошло слишком мало времени. Он не мог перевоплотиться…

Она осеклась, вспомнив первый разговор с Сайрусом и возросшую разницу во времени между мирами. Нечто фундаментальное изменилось в самом мироздании. Связующее междумирье стало больше? Но как такое возможно?

— Ох… — Выдохнула Лу, под ехидным взглядом Айлы. — Только не говори мне, что эта тварь накапливает силу пожирая миры?!

— Не совсем. — Успокоила Тень. — Кусочки миров. Знаешь, как обжора, стремящийся попробовать все торты. Кусочек за кусочком.

— Ты удивительно много знаешь о нём.

— Что поделать, мы в некоторое степени… знакомы.

— Объяснись.

Голос императрицы стал жёстче, зазвенел острым металлом. Айла наклонилась, упёрлась ладонями в столешницу, скинув стопку бумаг. Протянулась, касаясь грудью дерева, и остановилась, почти касаясь носом носа эльфийки.

— А как ты думаешь, чей тенью была Тень Изначальная?

***

Ролан поднялся на палубу перемахнув через фальшборт следом за братом. Тревожно поднял взгляд на трепыхающиеся под порывами паруса. Небо чернеет, облака сбиваются в комья тьмы, что глухо ворчат и сверкают зарницами. Айла из ниоткуда выскользнула справа, закричала, указывая в сторону от острова.

— Надо уходить! Живых не осталось!

— Я и так знаю! — Огрызнулся капитан, бегущий к рулевому и жестами отдающий команды.

Матросы с грохотом тянут якорную цепь, Сайрус помогает, упираясь ногами в палубу и откидываясь всем корпусом. Самурай с опаской смотрит на разрастающуюся черноту, и Ролан невольно проникся беспокойством. Брат прожил на островах всю жизнь и явно знает, чем грозит такая перемена.

Чёрно-золотое знамя развевается на ветру под натужный скрип снастей. Волны вздымают «Волю Империи» на гребнях, будто готовясь швырнуть на риф. Ролану пришлось вцепиться в мачту, чтобы просто устоять на ногах. Желудок подскочил к горлу, готовясь извергнуть скудное содержимое.

Великая Тень как белка взлетела по мачте, заняла пустое «воронье гнездо».

«Дракон» и «Гнев Йовин» тяжело прошли мимо, стремясь поскорее скрыться в открытом море. В какой-то момент «Гнев» взмыл на волне и Ролан увидел облепленные ракушками бока и днище. «Бессмертный» взял левее, рассекая набегающие волны и не позволяя течению развернуть боком.

— Враг по правому борту!

Зычный крик Великой Тени громом покатился по палубе, вынуждая моряков бросить всё и обернуться. Из-за острова, игнорируя волны и ветер, выходит вытянутый чёрный корабль. Скорее похожий на остроносую акулу, чем на судно. Треугольные паруса поглощают остатки света, а борта блестит, как слюдяной. Ролан прищурился, прикрываясь от брызг и порывов ладонью. Вспыхнула очередная молния, отразилась от чужого корабля.

— Нагльфар! — Выдохнул парень.

Жуткий корабль из сказок Йора, сделанный из ногтей мертвецов. Вестник конца времён! Вот только на борту не мертвецы, а демоны, выстроившиеся вдоль бортов с оружием.

Сквозь плеск волн, крики, раскаты грома и свист ветра, пробился новый звук. Звук, который Ролан не ожидал услышать. Чистый, радостный смех. Сайрус вскочил на фальшборт, одной рукой вцепившись в канат, а другой направив катану на Нагльфар. Смеясь, прокричал:

— О! Хвала небесам! Наконец-то что-то интересное! Абордаж! Как же я скучал! Да ещё в шторм! У меня что, день рождения?!

Разрубленная носом судна волна взметнулась вдоль бортов и окатила парня с головы до ног. Сайрус захохотал громче и в смехе проступили демонические нотки, которым позавидует любой демон. Ролану показалось, что команда Нагльфара начала переглядываться, и как-то неуверенно переминаться с ноги на ногу. Даже корабль вроде сместился в сторону, спрятался за высокой волной и вновь выскочил под сверкающие молнии. Море вокруг вскипает, мир трясётся, как припадочный. Звуки сплетаются в разрывающую душу какофонию. Что-то кричит капитан, мимо носятся матросы. Великая Тень из вороньего гнезда выкрикивает команды, смысл которых ускользает от сознания. Краем глаза Ролан заметил появившихся из теней эльфов в чёрном. Выругался и запоздало вытащил меч.

С каждой вспышкой молнии Нагальфар приближается, будто рывками. Ролан покрепче стиснул рукоять, хватаясь за фальшборт и закрываясь от воды, приблизился к брату. Сайрус разошёлся, выкрикивая что-то на неизвестном языке и на обрывках смутно знакомого.

— Ты же говорил, что не особо ходил по морю! — Выкрикнул Ролан.

Сайрус обернулся, будто только заметил братца, до безумия широко улыбнулся.

— Так, когда когда ходил, то только за этим! Для чего ещё нужно море?

***

Луиджина закусила большой палец, клык погрузился в подушечку, выступила рубиновая капля. Набухла, потянулась в сторону, готовая соскользнуть. Императрица размашисто чиркнула пальцем по полу, проводя черту. Магические символы, начертанные вдоль, засветились изнутри. Линия замкнула узор из вложенных и пересекающихся квадратов, вписанных в круг.