— Постой, но мой, то есть её, таксист уже уехал, у него договоренность...

— И больше никакого нет?

— Нет!

— Так я сейчас позвоню Мариану, чтобы малость поднажал. Отвезет ту бабу и пусть сразу же гонит к вам! Да, минуточку! А когда самолет садится? Вы уже знаете?

— Примерно через полтора часа.

— Тогда успеет...

— А ты где?

— Подъезжаю к аэропорту. Сейчас вы меня увидите. Такой желтый с синим...

— Ладно, звони своему Мариану.

Дождь вроде бы немного ослабел, зато поднялся ветер. Через двенадцать минут я увидела желтую с синим машину, ужасно странную, она показалась мне какой-то не такой, и уж если это — небольшой кран... Я бы лично назвала эту махину самым большим краном!

Рысек припарковался на первом попавшемся свободном месте и примчался ко мне, прикрывая лицо капюшоном форменной куртки.

— Я уже дозвонился, баба как раз вылезает, и Мариан газует к нам, — заявил он. — Очень здорово, что рейс запаздывает...

— Постой-ка, Рысек, — перебила я его, так как меня вдруг кольнуло очередное недоброе предчувствие. — Если я хоть что-то в жизни понимаю, эти дальние рейсы... С какой стороны дует ветер?

— Север здесь, юг — здесь... Так, на глазок, — с востока.

— И подгоняет самолет! На всякий случай пойду-ка я спрошу, нет ли каких изменений.

— Лучше я сбегаю, — мужественно вызвался Рысек. — А вы посидите.

Он понесся бегом и вернулся через десять минут.

— Вы были правы, они ускорились. Теперь опоздание всего сорок пять минут.

— О господи, да ведь это значит, что он сядет через четверть часа!

— Ну, какое-то время им ещё понадобится, — успокоил меня Рысек, отжимая носовой платок, который вынул из кармана, чтобы вытереть лицо. — Вы их будете там ужасно долго встречать, каждого в отдельности, а за это время и Мариан успеет приехать. Вдвоем мы с их багажом быстро управимся.

— Может, я все-таки подожду внутри...

— Да там человеку и сигарету выкурить не позволят...

— Холера...

Спустя четверть часа Мариана все ещё не было, а мои предчувствия разбушевались ничуть не меньше, чем стихия снаружи. Дождь и ветер приобрели шквальный характер, то затихая, то усиливаясь, причем затишье составляло процентов десять от максимальной силы. Я решила дождаться этих самых десяти процентов и добраться до здания бегом. Рысек счел правильным вернуться к своему крану и на всякий случай перегнать его поближе.

Когда я ввалилась в зал прилетов, громкоговоритель заставил меня как можно скорей посмотреть на информационное табло. Все мои недобрые предчувствия оправдались с лихвой: самолет из Сингапура только что сел!

У меня уже не хватило смелости выбежать наружу, чтобы отыскать своих союзников. Одновременно я осознала, что понятия не имею, откуда берутся эти холерные багажные тележки.

С той стороны? Или с этой? И хватит ли у них ума схватить этот транспорт? Или, может быть, они думают, что это должна сделать я?

Рядом со мной вырос Рысек.

— Тележки там, — мотнул он головой. — Смотрите, каждый с ними выезжает. Видите?

И в этот момент я обнаружила свою родню.

С феноменальной ловкостью пройдя через паспортный и таможенный контроль, они объявились уже по эту сторону стеклянной стены. Дядюшки в поте лица своего толкали две громадные кучи багажа, тетки и бабушка топали порожняком.

— Вон они, — мертвым голосом произнесла я. — Вот эти.

— Холера, — прошептал Рысек.

Семейство тоже увидело меня и, к сожалению, немедленно признало. Бабушка как-то странно меня разглядывала, я даже забеспокоилась — может, она заметила, что я в парике, и ей это не понравилось? Есть же люди, которые не выносят парики.

— Я думала, ты за нами приедешь, — горько сказала она. — Я знаю, что здесь нет носильщиков, потому что у вас безработица, но не ожидала, что нам придется идти пешком.

— Да что ты, бабушка, каким пешком! — вежливо возразила я. — Моя машина на стоянке.

Разумеется, к выходу то и дело подруливали такси, но наше не появлялось. Если бы я не перепутала машины и если бы Мариан был уже здесь...

— И где же она, твоя стоянка? — спросил один из дядюшек, тот, который не был моим крестным.

— Рядом, в нескольких шагах, — бодро отрапортовал Рысек и отнял у него тележку с грузом. — Вообще все готово, прошу вас, прошу.

Я настолько растерялась, что выпихнула родню наружу под все эти атмосферные прелести. Правда, те как раз слегка приутихли. Я помогала дядюшке-крестному толкать вторую тележку, со скрипом мы добрались до стоянки.

Мариан так и не появился. Рысек попытался поднять один из элегантных чемоданов и охнул.

И немедленно нашел выход.

Не успела я оглянуться, как произошло сразу несколько событий. Хлынул настоящий ливень — льготные десять процентов затишья закончились.