— А если бы он вам не подложил бомбу, вы бы сказали правду?

— Не думаю... Хотя нет, без шуток, у всего есть свои пределы. Если бы выяснилось, что кого-то пристукнули, то я бы не стал их покрывать. Не люблю мокрых дел.

— Вот видите...

— Вы же хотели рассказать все по порядку, — деликатно напомнил дядя Филипп.

Поручик сдержался и не положил себе ещё одну порцию креветочного салата.

— Самым ценным источником информации была для нас уже упомянутая домохозяйка. Среда, в которой... Впрочем, нужно ли вдаваться в детали системы, действовавшей при старом общественном строе? На эту тему можно говорить до утра, а то и ещё дольше!

Семейство переглянулось. Без сомнения, они располагали достаточно широкими познаниями об особенностях нашего прежнего общественного строя.

— Нет, — снова приняла за всех решение бабушка. — Вдаваться в детали не нужно. Мы в курсе. И эта дама участвовала в вашей.., системе? Как и покойник? Я правильно все поняла?

О дьявольщина! Ее взгляд готов был смести меня с лица земли. Это же надо — якшаться с подобными отбросами!

— Он не был членом партий! — протестующе выкрикнула я.

— Был, — сухо сказал майор.

Меня чуть удар не хватил.

— Как это? Он же утверждал, что нет!

— А ты ещё не заметила, что он тебя дурачил как хотел? — расстроился вдруг Лукаш.

— Дядя его был в партии, — слабым голосом выговорила я. — Ну что ж, ничего не поделаешь, я позволила себя обманывать. Мне очень жаль.

— Каждому было бы жаль, — доброжелательно заметил дядя Игнатий.

— Может быть, мы все-таки вернемся к предмету разговора? — холодно осведомилась тетка Иза. — Так что с этой верной партийной домохозяйкой ?

— Найденные у неё материалы позволили нам сузить круг подозреваемых...

— Постойте, постойте! — запротестовала тетка Ольга. — Но что она сказала?

— Не так уж и много она успела сказать, — включился майор, дав поручику возможность приняться за креветки, — поскольку её убили на кладбище...

— И сразу похоронили? — оживился вдруг дядя Игнатий.

— Как убили? — вопросила тетка Иза.

— Толкушкой для картофельного пюре.

— О-о... Раз толкушкой, то это была женщина, да?

Глаза тетки Изы вспыхнули надеждой, однако майор тут же остудил ее:

— О пани Брант не может быть и речи.

В момент убийства она сидела здесь, в этом доме, и я лично с нею беседовал. Несмотря на картофельное пюре, убийца был мужчиной.

Тетка с искрой в глазах воззрилась на Лукаша. Но майор был безжалостен:

— Пан Дарко также исключается, поскольку получасом раньше был замечен дорожной полицией в районе Млавы. Никто не в состоянии доехать от Млавы до Повонзсковского кладбища за сорок пять минут.

— Ну, если постараться... — пробормотал Лукаш себе под нос.

— А сколько вы выжимаете? — вдруг заинтересовался поручик.

— На немецких автострадах — до двухсот сорока.

— Понятно. Но от Млавы немецкой автострады нет. Да и дорожная полиция должна была вся разом провалиться под земл...

— Тогда кто же её убил? — Тетка Ольга потеряла терпение.

— Во всяком случае, не моя внучка, — с достоинством проговорила бабушка.

Оправданная в случае с Михалиной Колек, я решила, что пора подавать уток. На время все забыли о преступлениях, отчет о следствии возобновился, лишь когда на столе обнажились скелеты.

— От Михалины Колек мы потребовали конкретных сведений, — продолжил майор. — Она же о нашем интересе сообщила человеку, которому грозило серьезное разоблачение, а тот передал информацию ещё другому человеку.

Этот другой вызвал пани Колек на кладбище и там убил. Его опознала работница кладбища.

Конечно, это только косвенное доказательство, но оно подкреплено фактом покушения на пана Дарко.

— Пус... — радостно вырвалось у меня.

— Держи себя в руках! — прошипел Лукаш.

— Пожалуйста, без фамилий, — с нажимом напомнил майор.

— Но почему? — с ещё большим нажимом спросила бабушка.

— Что — почему? Почему без фамилий?

— Нет. Почему он пытался его убить?

— Потому что именно этого человека пан Дарко возил в Лесную Тишину, а потом был свидетелем его встречи с очередным.., как бы это сказать...

— Злоумышленником! — восторженно подсказала тетка Ольга.

— Можно и так. Частные контакты между собой они, в общем-то, скрывали, и свидетель оказался лишним. Однако я могу доставить вам удовольствие, — обратился майор ко мне. — Покойник запирал кабинет, ключ был только один, но, знаете, редко случается, чтобы преступник не совершил никакой ошибки. Вот этот ключ и нашелся. В кармане второго гостя, он же — второй убийца.