Шрифт:
– Блядь…
В тот момент не понимаю, что Саше не так просто сдерживаться и продолжать меня трахать. Но, Боже, респект ему, он продолжает, и я кайфую каждую секунду, пока не растворяюсь в своем наслаждении полностью.
– Мне нравится… Нравится, как ты двигаешься… Нравится чувствовать тебя в себе… Еще, Саша… Боже… Еще…
– Блядь… Соня… Порно-мечта…
С него течет пот. С меня – моя похоть. Все вместе это делает нас очень и очень мокрыми. А еще напряженными, дрожащими и чувствительными до статических разрядов. Искрим и замыкаем. Освещение внутри меня периодически гаснет. Но мне плевать, даже если мой организм решит ослепнуть навек. Я его чувствую, чувствую, чувствую… Сердце колотится так сильно, что оглушает и даже немного пугает. И все же пофиг на риски. Я чувствую, чувствую, чувствую… Это самое прекрасное, что есть на всем белом свете. Внутри моей вагины столько восприимчивых точек… Черт, там целая система! И она способна дать энергию на всю планету. Я чувствую, чувствую, чувствую… И… Господи Боже мой, я разлетаюсь и даю это фантастическое цифровое покрытие на всю Вселенную.
Судорожный выдох. Приглушенный мат. Гортанный грубый стон.
Едва мои внутренние стенки начинают сжиматься, Саша меняет темп. Его член вколачивается в меня быстрее и жестче. Я что-то рычу, потому как это множит мою собственную пульсацию до таких частот, что обезуметь можно. А потом… Сашка оглушает меня своим мощным стоном и замирает. Успеваю лишь вдавить ногти в кожу его спины и стиснуть зубы, когда ощущаю то, что окончательно меня размазывает – он заполняет меня своим огнем. Боже… Заполняет, заполняет, заполняет…. Заливает все, что мгновение назад разрушил. Воссоединяет и так прочно сцепляет, что я чувствую эту силу. Всхлипываю, когда из глаз брызгают слезы освобождения и космического блаженства.
– Ох, блядь… Я люблю тебя, люблю…
– И я… Я… Я… Я тебя… Люблю… Люблю…
41
Я знал, как добыть из тебя сок…
– Свершилось, – толкает Тоха со своим обыкновенным пренебрежением, едва мы с Соней показываемся на месте нашей традиционной сходки в академии. – Вы поебались. Аллилуйя. Поздравляю.
– Базар фильтруй, – завожусь молниеносно.
Я, конечно, тоже не ангел. Антигерой же, мать вашу. До сих пор бываю грубым. Но, сука… Не хочу, чтобы кто-либо посторонний с моей Соней в подобном ключе разговаривал.
Метать аргументы злоба не дает. Но втащить Тохе на раз-два готов.
Только вот сама Соня дергает за руку назад. Машинально обнимаю, когда липнет к боку. Шумно выдыхаю.
– О-о-о, – тащится этот клоун. – Неандертальские замашки благовоспитанного принца пашут. Кинг-Конг в действии. В грудь себя хлестать будешь?
– Сегодня только тебя по роже, – выплевываю я.
– Спасибо, конечно. Всегда рад. Но не сегодня. Мне после обеда на загранник щелкаться, – давит свой голливудский улыбон.
С таким еблом его точно ни один пограничник не пропустил бы… Слишком смахивает на психа.
– А со старым загранником что? Опять где-то похерил? – хмыкаю я, чудесным образом расслабляясь.
Это Сонька чешет за ухом, как кота. Я, блядь, с трудом сдерживаюсь, чтобы не замурчать. Жму ее крепче к себе, но при этом сохраняю особую бережливость. Мимолетно касаюсь губами ее виска, вдыхаю запах и снова смотрю на Тоху. Она тоже смотрит, хоть в разговор и не вступает.
– Протух старый, – брякает мой братан как-то подозрительно угнетенно.
Тут-то у меня интерес раскручивается, что он с ним на самом деле сотворил. Но при Соне расспрашивать не стану. Ибо, зная Тоху, за этим, сука, может крыться такой треш, что мое мармеладное Солнышко психически травмируется.
– Слушай… – хриплю, опускаю взгляд вниз. – Сонь, а у тебя же нет загранника, да? – соображаю на ходу. А когда она мотает головой, подтверждая мои догадки, добиваю: – Давай сделаем. Я договорюсь.
– Давай!
Тоха отвлекается на приехавшего Фильфиневича, а я, кивнув последнему, тяну Солнышко подальше от толпы. За угол здания. Сжимаю ладонями ее талию, и у самого по коже мурахи летят. Вспоминаю ведь, как держал ее голую, как трахал, как долго ласкал. Видимо, актер из меня все-таки хреновый, потому как, судя по густому румянцу, Соня определенно понимает, о чем я, блядь, думаю.
– Только я подумала… Может, не спешить, – выдает она шепотом и несколько раз оглядывается. – Мы же собрались расписываться… Скоро… И… Эм-м… Я фамилию поменяю, и нужен будет новый паспорт.
Как я понял, есть у Сони какие-то суеверные загоны. Она решила, что мы не должны никому говорить о свадьбе, пока штамп не поставим. Кольца сняли утром. Договорились, что у меня в квартире полежат.
Но, блядь…
Честно?
Лично я уж очень неохотно свое стягивал. Рвался носить эту гайку, как самый главный понт. И чтобы она носила.
Блядь…
Не только кольцо, конечно. А и мою фамилию.
– Сонь, тебе загранник уже через неделю выдадут. Мы сможем куда-то сгонять на пару дней. А распишут нас не так быстро. Я по связям не хочу, чтобы не светиться. Поэтому подадим заявление онлайн, а распишемся и вовсе где-то за пределами Одессы, ок? Так будет спокойнее. И потом ты так же быстро поменяешь все документы. Не будет проблем. Тоха вон каждый месяц новый паспорт получает, – перегибаю, конечно. Зато Соня смеется. – Решили?