— Болван, чем ты слушал?! Для этого нужно знать как! Даже его создатель не мог, а уж я!

— А я при чем! — вконец обозлился я. — Я его не трогал и, в конце концов, могу это доказать! И вообще, си… — тут я споткнулся, но снова продолжил: — Сирены меня подери, не хотите же вы, чтобы я… Я его восстановил?!

— Иди отсюда! — рявкнул, вероятно, признавший мою правоту учитель и убрал стену.

Я пожал плечами и вышел. Ну что такое, все тут какие-то сумасшедшие! Элдара — дроу, Нэвэрианэ — светлая эльфийка (это у них такой диагноз), магистр Олл на растениях помешан, Вариса — на ядах, и так далее и тому подобное…

Я завернул за угол и натолкнулся на Элдару.

— Та-а-ак… а почему ты еще не на занятиях? — ласково поинтересовалась она.

И тут у меня мелькнула мысль.

— Элдара, — я понизил голос, — можете достать мне все записи знаменитого мага земли Реалана Тора?

— Та-а-ак… — нахмурилась дроу, готовясь всыпать мне по первое число. — И зачем? Ты хоть понимаешь, чего просишь?

— Да вот, тут такое дело…

Два дня спустя

Магистр Олл мрачный, как тысяча тварей из бездны, собирался на магическую конференцию. Он как раз направлялся в кабинет Орэна Хеннаврита, чтобы сообщить о потере ценного экспоната (ранее сделать это он побоялся), как из-за угла внезапно вынырнула заместитель директора.

— О, я как раз тебя искала! — обрадовалась она, а маг насторожился: насколько он знал, Элдара никогда ничего просто так не делала. — Вот, держи… — И она сунула ему в руку листок бумаги.

Магистр недоуменно глянул сначала на лист, а затем на дроу. Та ободряюще улыбнулась. Олл вновь уставился на лист…

— Откуда… — Глаза у него полезли на лоб.

— Неважно! — оскалилась Элдара. — Сможешь?

— Да тут бы и дурак… — изумленно пробормотал магистр.

— Ну-у-у… только дурак с огромным запасом силы, не так ли? — подхватила Элдара. — Вот что, послушай, ты никому не говоришь об этом, — она кивнула на лист. — А я не говорю Орэну о том, как неосторожно ты обращаешься с ценнейшими экспонатами.

Я потянулся и выглянул в окно. Верно, солнце еще не поднялось, но бледная полоса на горизонте уже была заметна. Эх, красота! Весь город открыт взору. Вот куда я хочу отправиться на практику: куда-нибудь в горы. Где высоко… только холод я не люблю.

Эх, так помучиться пришлось с этими бумагами, отыскивая решение! И до сих пор не уверен, что сработает. Вроде бы все рассчитал, а проверить не могу — сил мало. Ну и ладно, прорвемся. Я потянулся, сделал пару разминочных движений, чтобы окончательно проснуться, развернулся…

— Ранняя пташка? — О небо, да чтобы Хэйтэн так рано проснулся, надо, чтобы он… не ложился. — И куда это ты с утра пораньше?

Сие недоразумение, взлохмаченное и невыспавшееся, привычно буравило меня взглядом.

— Заниматься, — как само собой разумеющееся ответил я. — А ты? — с ехидцей.

Тьфу, нашел, с кем ехидничать! И вообще, чего это меня на общение потянуло?

— Заниматься! — не менее ехидно ответил Хэйтэн, сверкнув фиолетовыми глазами.

Бр-р-р! Ну что за типы меня окружают? Одна красными гляделками сверкает, второй — фиолетовыми… Интересно, а чем сверкает его отец? И вообще, какая у него стихия?

— А-а-а… — наконец решил я ответить на реплику Хэйтэна, сочувствующе (не заболел ли?) глядя на него.

— Угу, — столь же многозначительно вставил он.

Итак, господа, представьте себе картину: посреди комнаты стоят два придурка и тупо смотрят друг на друга. За окном занимается рассвет, в школе тишина — все дрыхнут, а эти стоят, угукают да мычат.

— …А чем? — поинтересовался наконец я.

По-моему, он растерялся.

— Да ладно, все понимаю, — закивал я и попытался просочиться мимо, поскольку дверь была прямо за воздушником.

— А ты? — Этот козел не дал мне пройти.

— А что я? — возмутился я, пытаясь его отпихнуть.

— Чем заниматься идешь? — не менее деликатно не давая мне пройти, пропыхтел Хэйтэн.

— Шпионажем!!! — не выдержав, рявкнул я, с запредельной ловкостью наконец-таки добравшись до двери.

Выскочил в коридор, на пути одергивая мантию и пытаясь успокоиться.

— Подожди, я с тобой!!! — заорали мне вслед…

Все. Убью!

Полчаса спустя