— И на кой тебе испанские мушкеты? — спросил Шон.

— А на них уже есть покупатель, — развёл руками Жак.

— Так там с таким грузом, наверное, целый полк охраны будет, — хмыкнул я. — Куда нам, немощным.

Рябой торжествующе улыбнулся и постучал пальцем по столешнице.

— Так в том и дело, что нет! — воскликнул он. — Десяток, максимум!

— Сказки рассказываешь, — сказал я.

— Ей богу, клянусь! — Рябой Жак даже наклонился ко мне, чтобы выглядеть убедительнее, но я только почуял, как у него воняет изо рта.

— Нет, это и правда походит на сказки, — поддержал меня Шон. — Мушкеты ладно, но порох? Без охраны? Скажи ещё, обратно золото без охраны повезут.

— Ну нет, такого не слышал, — признался Жак.

— Какая наша доля? — прямо спросил я.

— Что? — опешил Рябой.

Я выдохнул и потёр опухшие глаза, пытаясь собраться с мыслями. Предложение буканьера по-прежнему отдавало тухлятинкой.

— Сколько мы получим? — спросил я.

— Гм... Вас трое всего, так что, пусть будет тридцать процентов от добычи, — сказал Жак.

Было немного удивительно слышать о процентах от неотёсанного рябого бандита, но больше меня задела предложенная доля. С другой стороны, считать деньги здесь умели все без исключения.

— Ты, верно, ослеп от вчерашнего рома? Нас пятеро, — сказал я. — И меньше, чем на шестьдесят процентов, я не соглашусь.

— А эти... — Жак кивнул в сторону спящих негров.

— Тоже с нами, тоже в доле, — быстро сказал я. — Они не слуги и не рабы.

— Блажь, — подал голос чернявый буканьер с серьгой в ухе, кажется, Робер.

Я пристально посмотрел на него и вопросительно изогнул бровь.

— Нам ещё нужно долю отдать человечку, который наводку дал. Сорок процентов вам, как раз будет, — предложил Жак.

— С «человечком» это ваши дела, не наши, — пожал плечами я. — Нам дела нет, как вы там договорились. Сейчас мы между собой договариваемся. Шестьдесят процентов.

— А не жирно будет вам? — произнёс Арно. — Рябой, ну их к чёрту, других найдём. Давай я Пикара позову с его ребятами, парни проверенные.

— Нет уж, хватит с меня Пикара, — процедил Рябой Жак. — Андре, я вижу, ты достойный человек. Давай пятьдесят на пятьдесят. После того, как долю за наводку уплатим.

— А сколько там вообще добра? — подал голос Шон. — А то мало ли, мы тут делим уже, а там, дай Бог, бочка пороха да старый дедов мушкет.

Замечание дельное. Я сам даже как-то и не подумал об этом.

— Да, сколько там? — спросил я.

— На всех хватит, не переживайте, — отмахнулся Жак. — На своём горбу не утащишь даже.

— И какой план? Примерно хотя бы, — сказал я.

Жак замялся на секунду, словно размышлял, стоит ли раскрывать план сейчас, до того, как мы согласились на эту авантюру, но в итоге решил рассказать.

— Засада на дороге. Место мы знаем, место хорошее. Потом тащим всё в бухту, грузим на корабль и считаем денежки, — крайне расплывчато обрисовал Рябой.

Я, Эмильен и Шон переглянулись втроём, прикидывая хотя бы примерный успех такого дела. Как по мне, так это всё звучало крайне сомнительно, хотя и шанс заработать здесь всё-таки имелся. Да и полезные знакомства завести не помешало бы.

— А этот твой «человечек»... Надёжный? Не кинет? — хмыкнул я.

— Не первый раз работаем, — пожал плечами Жак.

Меня всё же одолевали сомнения. С другой стороны, мы только что пропили вообще все сбережения, и деньги нам были нужны. Даже при том, что предприятие Жак предлагал крайне скверное и рисковое, я примерно понимал, что за мушкеты и порох здесь могут неплохо заплатить. Гораздо больше, чем за свиные шкуры и вяленое мясо. Да и мои компаньоны вроде были не против того, чтоб пощипать испанскую корону.

— Хорошо, — произнёс я. — Пополам. Но до того, как вы платите долю за наводку.

— Нам на берегу заплатят, уже с вычетом этой доли, — возразил Жак.

— Ладно, — буркнул я. — Просто пополам.

Мы скрепили договор рукопожатием, и его ладонь оказалась холодной, скользкой и неприятной на ощупь. Внутренне я уже был готов к любому подвоху, и понимал, что если Рябой попытается нас кинуть, то я убью его без всякого сомнения и сожаления. Мне оставалось только надеяться, что и он это понимал.