— Малыш, это же я тебе подарил Лир! Не будь таким жадным. У меня заготовлен бизнес-план, из которого прекрасно видно, что при двадцати процентах моей доли окупаемость проекта наступит лишь через семьдесят лет. Придётся создать сеть клиник по всей стране. Обучить и нанять много персонала. Создать мощную охранную структуру и целый торговый флот. У тебя нет денег на подобные инвестиции.

— Присылай проект.

Гость без раздумий переслал пакет данных на нейросеть Игоря. Тот минут пять разбирал информацию с помощью симбионта. Проект подразумевает создание гигантской корпорации. На его реализацию уйдут сотни триллионов кредитов, которые под мизерные проценты предоставляет центральный банк сполотов. Без связей молодой граф может рассчитывать лишь на сотую часть этой суммы, то есть самостоятельно реализовать подобный проект он не сможет даже при большом желании.

Вернувшись к реальности из мира чисел и графиков, он обнаружил деда и супругу за мирной беседой о гурманских пристрастиях друг друга.

— Согласен на двадцать, — кивнул он.

— Я так и знал! — обрадовался Клещик-старший. — Предлагаю отметить сделку…

***

Из-под корней монументального дуба выполз человекоподобный малыш. Лысый, с огромными ушами, напоминающими крылья летучих мышей, с тоненькими ручками и ножками с длинными пальцами. Всё его обнаженное тело покрывала зелёная слизь. Ему около шести лет, но из-за маленького роста он выглядел года на два.

Плевки слизью он перемежал с невнятной матерной речью на смеси русского, староанглийского и сполотского.

— Опять к лечевому апалату пливыкать! — наконец, выдал он без ругани. — Я и забыл, как сложно вначале…

В это время его тело сполота находилось в похожей биокамере под деревом на далёкой планете. Обязанности графа легли на Эсмеральдину, которая успела усвоить шестой ранг в менеджменте и превзошла мужа по знаниям в этой области. Она помимо графства взвалила на свои женские, но ни разу не хрупкие плечи руководство создаваемой корпорацией по торговле нейросетями. Таких фирм у сполотов создаётся сразу три, так что конкуренция обеспечена. Правительство перестраховалось — решило не концентрировать активы в одном графстве.

Для всех прочих граф Клещик-младший решил отдохнуть и провести время у себя дома. Лишь супруга знала о его сомнительном эксперименте в области псионики. Но она не знала всего — о тайне своего происхождения он ей не поведал, лишь приоткрыл вершину айсберга в виде легенды об усилении псионики с помощью пси-активных растений.

Эксперимент в теории не был опасным для Игоря. Какая разница, в каком аватаре он будет жить, если его настоящим телом является дерево? Главное — во время смены тел сохранить другой аватар в целости. А этого он добился погружением своего тела сполота в анабиоз. Изученная им в шестом ранге база знаний по биоинженерии позволяла провернуть такой трюк без привлечения посторонних. А конгломерат деревьев мог перенести сознание на любую планету с его ростками.

Новое тело хоть и выглядело хилым и уродливым, но в нём ощущалась нешуточная магическая сила. Складывалось ощущение, будто он находится в постоянной связи с одним могучим своим стволом, хотя канал он не успел создать.

Когда же он взял в руки выращенную под него волшебную палочку, то и вовсе почувствовал океан маны и на мгновение потерялся. Казалось, что ему подвластно всё мироздание. Сила переполняла его. Хилые мышцы налились богатырской силушкой.

Стоило ему лишь подумать об очищающих чарах, как вся слизь моментально исчезла с его кожи.

«Динки!»

Его усиленный маной мысленный зов, высказанный практически шёпотом, если можно применить такое понятие к ментальному посылу, по ощущениям разошелся волнами по всему пространству.

Не прошло и секунды, как перед ним из воздуха с хлопком появилась всполошенная домовая эльфийка. Глаза выпучены, уши стоят торчком, руки подрагивают. Она застыла с приоткрытым ртом и уставилась на малыша.

«Привет», — махнул он ручкой.

Мыслеречь ему казалась хорошим способом коммуникации при условии непривычки к разговорам в новом теле. Но судя по тому, как болезненно поморщилась и схватилась за голову эльфийка, сил он не рассчитал. Вместо передачи мыслей получился таранный ментальный удар, который вдалбливал его образы в голову домовушке.

— Ох! — мотнула она головой. — Ребёнок? Ты откуда?

Материнские инстинкты оказались сильны в ней. Едва она отошла от удара по мозгам и первого шока, как тут же бросилась к малышу и сгребла его на руки.

— Ох! Говори потише, а то у тёти Динки от тебя болит голова. Какая невероятная сила! Ты словно легендарный предок. А это что у тебя?

Она забрала из его руки волшебную палочку, после чего замерла. Её глаза начали медленно округляться, пока не стали похожими на грецкие орехи. В следующее мгновение домовушка отбросила от себя палочку, словно ядовитую змею.

— Нельзя, — строго посмотрела она на ребёнка, дублируя свои слова мысленными образами. — Эльфам нельзя иметь волшебные палочки, иначе люди нас уничтожат.

— Моё, — потянул Игорь руку к палочке. Та сама прыгнула к нему в ладонь, словно он применил манящие чары. Но заклинаний он не использовал, что его ввергло в ступор.

— Дорогой, ну нельзя, — нежно погладила его по голове Динки. — Эльфы рабы. Стоит волшебникам узнать, что у кого-то из нас появилась волшебная палочка, как нас всех уничтожат, — вновь палочка была отнята, но на этот раз без рук, и отлевитирована к корням его дерева. — Я оставлю её хозяину леса. Тем более, это его часть. Он присмотрит за нею.