Внизу показалась светловолосая голова.

Это была Марго Мак-Миллан.

Суини рывком отпрянула, чувствуя, как ее тело немеет с головы до пят. Она побежала в спальню, уже не заботясь о том, чтобы не шуметь, и захлопнула за собой дверь. Замок плавно защелкнулся. Суини подтащила кресло и подперла им дверную ручку. Конструкция получилась шаткая, и она сомневалась, что кресло выдержит даже самое незначительное усилие. Хватит ли сил у Марго? Она казалась хрупкой, но, может быть, эта женщина куда крепче, чем выглядит. К тому же внутренние двери рассчитаны на меньшие нагрузки, чем входная.

— Черт… черт… черт… — бормотала она, подбегая к телефону. — Ричард!

— Слушаю тебя. — Он задыхался, и вой сирены почти заглушал его слова. Суини оставалось лишь надеяться, что Ричард едет в полицейской машине.

— Это Марго. — Тело девушки внезапно охватил озноб, ее зубы застучали. — М-марго Мак-Миллан. Она уже здесь.

— В доме? — отрывисто спросил Ричард.

— Да. У нее кухонный, нож. Дверь спальни заперта, но…

— Если придется, беги в ванную и запрись там. Оберни полотенцами руки. Сделай все, чтобы помешать ей. Швыряй в нее полотенца, постарайся набросить их на нож, чтобы она не смогла пустить его в ход. Брызни дезодорантом ей в лицо. В ванной немало средств самозащиты, нужно лишь знать, как ими воспользоваться.

— Понимаю, — шепотом отозвалась Суини. Она была не в силах говорить громче, хотя и сознавала, что из-за сирен Ричард может не услышать ее.

Дверная ручка задергалась. Суини подпрыгнула, уронила трубку и ринулась в ванную, спеша занять позицию у двери.

Что-то заскрежетало в дверной ручке. Марго взламывала замок.

Замок в ванной был таким же хлипким, как в спальне. Вбежав в помещение, Суини схватила кипу полотенец и баллончик дезодоранта. По совету Ричарда, она обернула руки толстыми полотенцами, понимая, что ей предстоит отражать удары ножа. Суини отлично помнила раны на руках Кандры.

Дверь спальни распахнулась, отбросив в сторону кресло. Марго молча и быстро вошла в комнату. В ее руке поблескивал нож.

Суини швырнула в Марго полотенце и набросилась на нее, наваливаясь всем своим весом и пытаясь сбить женщину с ног. Рука Марго запуталась в полотенце, и она вскрикнула, но все же нанесла удар. Суини почувствовала на левом предплечье обжигающий укол лезвия.

Суини не умела драться, еще ни разу в жизни ей не приходилось вступать в рукопашную схватку. Она нагнулась, уклоняясь от ножа, и ударила кулаком в нос Марго. Брызнула кровь, и Суини увидела в бешеных глазах женщины удивление. Казалось, та не могла поверить, что кто-то осмелится ударить ее. Захваченная азартом борьбы, Суини вновь и вновь наносила удары, крепко упираясь ногами в толстый ковер, всем своим весом налегая на противницу и изо всех сил толкая ее назад.

— Ах ты сука! — вскрикнула Марго, пытаясь высвободить нож.

Увидев перила за ее спиной, Суини удвоила усилия, теперь она оттесняла Марго к краю лестницы. Нож прорвал полотенце, которым была обернута ее левая рука, и от жгучей боли в душе Суини заклокотала ярость. Она словно со стороны услышала свои пронзительные крики и толкнула женщину еще сильнее. На окровавленном лице Марго снова мелькнуло изумление. Внезапно перестав сопротивляться, она перевалилась через перила и полетела вниз, на плитки.

Задыхаясь, Суини упала на колени рядом с перилами. Ее сердце бешено стучало, и на мгновение она испугалась, что вот-вот потеряет сознание. По левой руке девушки стекал ручеек крови, пропитывая полотенце. Придется накладывать швы, решила она. До сих пор такого с ней не было. Наверное, это больно. При этой мысли ее нижняя губа задрожала.

Почувствовав легкий озноб, Суини поняла, что у нее начинается истерика. Она несколько раз глубоко вздохнула, стараясь собраться с силамиро овладеть собой было невероятно трудно. Глубокое дыхание привело ее в чувство, и Суини уселась на полу. Она не могла заставить себя посмотреть через перила, ибо явственно слышала тошнотворный удар после падения Марго. Керамические плитки безжалостны к костям и плоти.

«Ричард». Это имя вспыхнуло в мозгу Суини, и мысль о нем заставила ее действовать, пробудила в девушке энергию. Она поднялась и побежала — точнее, заковыляла — в спальню к телефонному аппарату.

Суини схватила трубку, но рука дернулась, и трубка ударила по скуле.

— Черт побери! — пробормотала она, и хотя не успела еще прижать трубку к уху, услышала вопль Ричарда:

— Суини!

— У меня все хорошо, — быстро проговорила Суини. — Ну, почти. Марго свалилась через перила. Я еще не смотрела на нее.

— И не смотри, — приглушенным голосом отозвался Ричард. — Господи… — Он умолк, и даже сквозь звук полицейской сирены Суини слышала его затрудненное дыхание. — Мы будем на месте через пять минут. Вместе с нами выехали еще несколько патрульных машин. Ты не пострадала?

— Самую малость. Два пореза на руке, ничего серьезного. — Это вряд ли, подумала Суини. Она еще не осмотрела раны, оставленные прорвавшим полотенце ножом. Ей не хотелось снимать полотенце, не хотелось видеть, сильно ли пострадали руки. Ей было больно, и этого достаточно. — Я, пожалуй, повешу трубку. Кажется, меня сейчас вырвет. — Не дожидаясь ответа, Суини дала отбой и опустила голову между колен, глубоко глотая воздух и борясь с одолевающей ее тошнотой.