В дверь постучали и не давая возможности что-то сделать (а что сделаешь - только узенькое отверстие, через которое можно разве что руку просунуть) кто-то попытался войти. Пробираться головой вперёд было для него не лучшим выбором, потому как я рубящим ударом тут же раскроил его череп.

Тело вывалилось наружу и снаружи кто-то заорал речитативом что-то паникующее.

Дверь на себя и плечом вбить одного матроса к стене, впиваясь лезвием ножа ему под ребро, тогда как второй успел выскочить через дверку, куда я ещё не ходил, получив лишь небольшой порез и продолжая орать.

А там были люди! Толпа людей! И все уставились на меня…

Но лишь некоторые из них были вооружены, а остальные сидели, будто бы у них тут собрание. Я уже хотел сбежать, как и собирался, но парочка вооруженных людей не дала мне этого сделать, атаковав меня. Идиоты с кнутами! Не обращая внимания на боль от их ударов, я несколькими быстрыми ударами расправился с ними, круша кости и вскрывая до внутренностей.

Появилось пару секунд, чтобы осмотреться.

Никакое у них не заседание - это были гребцы, сидящие с веслами в руках. Судя по вони, для них это был одновременно и работа, и дом, и туалет. И те мужики (а женщин тут заметно не было, а если и были - то уже не слишком отличались по внешнему виду от первых) не спешили бросаться на меня, они просто сидели и тупо пялились.

Но не все были такими - когда тут же из дверки напротив по узкому проходу в середине, между рядами этих гребцов, побежала подмога убитым мною людям, на этот раз вооруженные короткими мечами и круглыми щитами, некоторые стали высовывать им весла под ноги, цеплять их цепями, да и просто ставить подножки. В ответ их рубили без жалости, но эти бунтовщики всё равно не прекращали своё дело.

Не воспользоваться таким и не помочь внезапным союзникам я не смог, а потому зарычал пострашнее, как это делали некоторые твари на Ковчеге, и кинулся в бой.

Я рубил конечности, пинался, бил ножом в шеи когда наваливался на щит, отбрасывал в распростертые объятия некоторых гребцов, которые их принимались душить и разрывать руками, а я продолжал лить кровь. Я рубил и крушил словно мясник, долго прозябающий в отпуске и соскучившийся по работе. Когда враги рядом кончились, то оказалось, что они забаррикадировались по ту сторону двери.

– Яйца Зигмара!
– стонал кто-то из раненых людей.

Не найдя рядом ключей, да толком и не занимаясь поисками, я поднял с пола один из мечей и не жалея лезвие, стал рубить и отдирать цепи как ломом у тех, кто испачканный в крови матросов стоял и протягивал ко мне скованные конечности.

– Никогда не видел, чтобы сечкой для капусты так дрались!
– улыбаясь зубами, что росли в шахматном порядке, сказал один.

– Я Орво: бандит, убийца и просто весёлый парень! Не трогай проблему, пока проблема не трогает тебя - это как раз про меня сказано. Ты не против нас взять в свою банду?
– частил он, представляясь и указывая в сторону гребцов.

Я посмотрел на него - жилистый, пониже меня, он стоял выпрямившись и смотрел прямо, в отличии от остальных, смотрящих себе под ноги и которым было явно не по себе.

– А ты не боишься?
– нарочито лязгнул зубами.

– Где страх, там и крах.

– Вооружайтесь!
– махнул я рукой, держась наготове и стараясь не поворачиваться к ним спиной. Если люди хотят прикрыть меня своими телами от железа выжившей части команды, то зачем мне им мешать?

– Море потому велико, что и мелкими речками не гнушается… - обыскивая трупы матросов, приговаривал Орво, в поисках ключей на забывая откидывать в общую кучу всю остальную мелочёвку.

Несколько его друзей принялись рвать рубахи убитых, перевязывая получивших ранения гребцов.

Не все поддержали бунтовщиков - часть продолжала сидеть, тупо смотря в одну сторону, кто - то старался залезть под лавку, стуча там зубами от страха. Так и получилось, что из всех гребцов, нас оказалось пара десятков изможденных и кое-как вооруженных человек против оставшейся команды. Тех моряков кто не успел убежать и которых не убили, а просто оглушили гребцы, связали и кинули в проходе, между скамьями.

Вспомнив, что жив ещё и местный повар - “кок”, как обозвал его Орво, у нас оказалось трое пленных.

Орво болтал, перекрывая шум бегающих наверху людей.

– …вообще гребцов предпочитают набирать из свободных, но как их притянешь на тяжёлую работу, не слишком разнообразную кормёжку да редкую выпивку. Работа похвалу любит, да ведь и денежки нужны! Потому людям на берегу обещали часто одно, заманивали на борт, особенно крестьян, различных должников, и нетрезвых в портах… Кхм... Как меня… Специально подпоили, гниды! А на самом деле, люди становились не матросами, а гребцами - рабами!

Я не дал ему долго говорить: