II

Королевский дворец,

Теллесберг

Наследный принц Кэйлеб поднял руку, чтобы вежливо постучать, затем остановился прямо перед полуоткрытой дверью помещения. Одна бровь приподнялась, когда он прислушался к тихому, четкому щелкающему звуку. Последний донесся снова, затем прекратился и начался опять.

Принц нахмурился, гадая, с какой свежей новинкой ему предстоит столкнуться, затем пожал плечами и продолжил прерванный стук в дверной косяк.

– Входите, ваше высочество, - пригласил веселый голос почти за мгновение до того, как костяшки его пальцев коснулись дерева, и Кэйлеб с кривой усмешкой покачал головой и полностью распахнул дверь. Он прошел через нее в уютную, залитую солнцем гостиную Мерлина Этроуза и остановился на пороге.

В соответствии с его официальным положением личного телохранителя Кэйлеба, сейджин был переведен из башни Мариты в покои в королевской семейной части дворца. И хотя они были значительно скромнее апартаментов Кэйлеба, зато находились совсем рядом с ними, а вид на гавань был почти таким же хорошим, как и из спальни принца.

Сейджин почтительно поднялся со своего стула за столом при появлении Кэйлеба. Теперь он стоял там, одетый в ливрею Дома Армак с эмблемой кракена, склонив голову набок, со своей собственной насмешливой улыбкой. Его меч и похожий короткий меч висели на стене позади него, и Кэйлеб слегка улыбнулся, взглянув на них. Более длинный из двух мечей не был похож ни на что, что кто-либо в Чарисе когда-либо видел раньше. Кроме того, по-видимому, это было не похоже ни на что, что кто-либо когда-либо видел в Харчонге, по крайней мере, судя по реакции мастера Домнека. Мастера фехтования, очевидно, заживо съедало любопытство по поводу сейджина и его оружия, но его харчонгская гордость не позволяла ему задавать вопросы, жгущие его изнутри.

Наследный принц покачал головой и отвел взгляд от стойки с мечами, и одна из его бровей изогнулась. На столе Мерлина лежало странное устройство - прямоугольная деревянная рама длиной около двух футов и шириной шесть дюймов. Двадцать один вертикальный стержень соединял верхнюю и нижнюю стороны рамы, и на каждом стержне было по шесть сплющенных бусин, пять под и одна над деревянной разделительной полосой у верхней стороны внешней рамы. Бусины на стержнях были расположены так, чтобы скользить вверх и вниз, и их нынешняя конфигурация образовывала явно преднамеренный узор - пусть и непонятный.

На столе также лежало несколько листов бумаги, исписанных сильным, четким почерком сейджина, а также столбцами каких-то символов, которых Кэйлеб никогда раньше не видел.

– О, садись, Мерлин!
– сказал принц, пересекая комнату к нему. Сейджин только улыбнулся еще более насмешливо, затем подождал, пока Кэйлеб сядет в кресло перед столом, прежде чем снова сесть самому. Кэйлеб покачал головой и фыркнул.

– Я думал, мы сегодня днем должны были уехать в Хелен?
– сказал он.

– Так и есть, ваше высочество, - согласился Мерлин.
– Однако отплытие "Катэмоунта" было отложено. Паж, доставивший вам копию записки, вероятно, прошел мимо вас по пути сюда. Мы не уйдем, по крайней мере, еще час или около того, поэтому я подумал, что потрачу это время на то, чтобы сделать несколько заметок.

– Это именно они?
– Кэйлеб кивнул на аккуратно исписанные листы бумаги, и Мерлин кивнул.
– Какого рода заметки?

– Большинство из них для верховного адмирала Лок-Айленда, по крайней мере, сегодня, - ответил Мерлин.
– У меня также есть кое-что, что я уже приготовил для доктора Маклина и мастера Хаусмина. Я как раз заканчивал кое-какие расчеты по живой силе и тоннажу - Гектора и Нармана, не вашего отца - для верховного адмирала.

– Расчеты?
– Кэйлеб откинулся на спинку стула, затем указал на прямоугольную рамку на столе.
– Поскольку ты знал, что это я был за дверью, даже не глядя, ты должен знать, что я бесстыдно подслушивал. Полагаю, тот щелкающий звук, который я слышал, исходил от этой штуки?

– Действительно, так и было, ваше высочество, - серьезно сказал Мерлин, его необычные сапфировые глаза весело блестели, в то время как через открытое окно доносились звуки далекого пения птиц.

– Полагаю, это еще один из твоих маленьких сюрпризов. Только что делает этот, если я могу спросить?

– Это называется "счеты", ваше высочество, - ответил Мерлин.
– Это устройство для выполнения математических вычислений.

– Это что?
– моргнул Кэйлеб.

– Это устройство для выполнения математических вычислений, - повторил Мерлин.

– Как это работает?
– Кэйлеб с трудом мог поверить, что задал этот вопрос, и почувствовал мгновенный укол паники, когда понял, что открыл себя для такого рода "объяснений", которые всегда с удовольствием давал его наставник Франклин Томис.

– На самом деле, - сказал Мерлин с лукавой улыбкой, - это довольно просто.
– Кэйлеб вздрогнул от страшного слова "просто", но сейджин безжалостно продолжал: - Каждый вертикальный стержень представляет собой одно целое число, ваше высочество. Каждая бусина в этой группе здесь, над разделителем, представляет собой значение, равное пяти, когда она опущена. Каждая бусина в этой группе здесь, под разделителем, представляет значение единицы, когда она поднята. В данный момент - он указал пальцем на первые четыре стержня устройства - расположение бусин представляет число семь тысяч четыреста тринадцать.