– Серьезно?
– Роджер перевернулся на спину и посмотрел на нее снизу вверх, а она погладила его по лицу и улыбнулась.

– Серьезно. Единственное, что по-настоящему ненавидит морской пехотинец, - это трусость. Лежи спокойно.
– Она наклонилась и поцеловала его. Это был адский изгиб, но она была гибкой, и Роджер неохотно отпустил ее губы.

– Что мы делаем? И как мы добрались от Костаса сюда?

– Что? Они не обсуждали это в Академии?
– спросила она с мягким смехом.
– Назови это желанием обновления жизни перед лицом смерти. Сильным желанием. Необходимостью сдержать перевозчика Харона единственным известным нам способом.
– Она остановилась и провела рукой по его боку.
– Десять лет, да?

Роджер сел и обнял ее. При этом он заметил, что его тактичные телохранители незаметно удалились из поля зрения его самого и командира их отделения. Что заставило его задуматься, что произойдет, если еще один чертов крок, предполагая, что после его усилий по уничтожению во всей реке остались какие-нибудь, выскользнет из воды, пока они сражались. Что заставило его задуматься, куда подевался его кавалерийский отряд. Он вспомнил, как отдал пехоту Тер Ганау, что заставило его задуматься, кто прикрывал колонны снабжения.

Что заставило его застонать.

– Что?
– хрипло спросила Депро.

– О, Боже, Нимашет. У нас просто нет времени. Где моя кавалерия? Как дела у инженеров Рас Фрома в Синди? Что происходит с Растаром? Все ли баржи на месте, и кто, черт возьми, прикрывает их караваны?

Ее глаза вспыхнули, и она схватила его за воротник костюма-хамелеона.

– Пять минут, - выдавила она сквозь стиснутые зубы.

– Скорее, тридцать секунд, - сказал ей принц с чем-то почти похожим на смех.
– То есть если мы сможем вовремя раздеться. Но это тридцать секунд, которые нам не нужно отнимать. Я уже потерял несколько часов из-за этого дерьма с отчаянием, и нам не нужно больше терять из-за обратного.

Она прижалась бедром к его бедру и перевернула его на спину, ухватившись за его костюм-хамелеон.

– Послушай меня, принц Роджер Рамиус Сергей Александр Чанг Макклинток!
– прошипела она.
– Мне нужно обещание. Ты можешь сделать его в какой угодно форме, какая тебе заблагорассудится, но ты это сделаешь! И это обещание заключается в том, что как только мы доберемся до безопасного места и все кризисы пройдут, ты отведешь меня в постель. И не торопись с этим. И делай это хорошо.
– Она подняла его и легонько стучала им по земле с каждой фразой.
– Ты клянешься?

Роджер обхватил ее ногами, притянул к себе и поцеловал.

– Когда мы вернемся на Землю. Когда все это останется позади, когда мы вернемся в императорский дворец, и мы сможем быть уверены, что это не та ситуация. Когда я уверен, что люблю Нимашет Депро больше, чем саму жизнь, и что это не необузданная похоть от всей этой боли, смерти и крови. Тогда я возьму тебя - как свою жену, если мне это сойдет с рук, или как старшего партнера, если не смогу. И я буду любить тебя до самой смерти. Я клянусь в этом своими мертвецами.

Она ударилась головой о его грудную кость.

– Все, что я хочу сделать, это трахнуться с тобой, идиот! Ты должен был сказать мне, что будешь любить меня и женишься на мне, чтобы затащить меня в постель, а не говорить мне, что для того, чтобы затащить меня в постель, должен жениться на мне. Это мой ответ!

– Ты согласна?
– спросил Роджер.

– Конечно, же!
– огрызнулась она.
– Я должна была бы быть идиоткой, чтобы не сделать этого. Я люблю тебя так сильно, что это причиняет боль, и не думай, что я переживу это только потому, что мы вернемся на Землю. Черт возьми, я зашла так далеко, что любила тебя, когда ты был просто раздутым, безмозглым, высокомерным придурком, денди, и мне, черт возьми, следовало бы знать лучше!

– Кстати, о денди, - сказал он, теребя планку ее костюма-хамелеона, - с этой формой не помешало бы немного поработать. Это второе, что я собираюсь сделать, когда мы вернемся на Землю.
– Он посмотрел ей в глаза.
– Так мы будем хорошими?
– спросил он более тихим голосом.
– Ты не против этого?

– Я бы не стала использовать термин "хорошо", - сказала она. ""Хорошо" - это определенно не подходящее наречие или что-то в этом роде. На самом деле, если в этой ситуации есть прямая противоположность "хорошо", то это примерно то, где я нахожусь. Думаю, я не совсем "плоха" в этом, но я определенно своего рода "анти-о'кей". С другой стороны, я большая девочка. Я буду жить.

Роджер перекатился, затем встал и поднял ее на ноги.

– Ты готова идти?

– Конечно, - резко ответила она.
– Давай найдем что-нибудь для меня, чтобы убить, прежде чем ты начнешь выглядеть лучше.

– Хорошо, - сказал Роджер с улыбкой.
– Чтобы ты знала, я действительно хочу тебя. Но со временем мне не становится легче.

– Я заметила, - мрачно пробормотала сержант.
– Упрям, как долгий мардукский день.
– Она покачала головой.
– У меня никогда не было столько проблем с тем, чтобы затащить мужчину в постель. Если уж на то пошло, у меня никогда не было никаких проблем с тем, чтобы затащить мужчину в постель. Всегда было наоборот.