Шрифт:
Помахав ручкой испаряется с Марком.
Ну, вот мы и остались одни. Чего я очень не хочу.
— Ну как? Поговорим?
— Отвези меня домой… — прошу.
Силы совсем меня покинули. Спрыгиваю. Иду к его машине. Останавливает.
— Давай на твоей. Я свою потом заберу…
Соглашаясь, отдаю ему ключи.
Разговора все равно не избежать.
Надо хоть как-то, атмосферу разрядить.
Пока выезжаем с парковки включаю радио. Там, как по заказу играет "До скорой встречи". Надо же!
Решаю приколоться.
— Это феррари? — поворачиваюсь к нему, еле сдерживая смех. Поймет или нет?
— Нет, это бентли… — он в теме.
— Никогда не слышала… — смеясь.
Угараем вместе, вспоминая давнишний клип на песню.
Всю дорогу болтаем ни о чем.
Но сказать надо.
И уже подъехав к моему подъезду, мы сидим молча.
— Я хотела извиниться… — начинаю.
— Подожди, тебе не за что извиняться… — перебивает.
— Нет. Извини меня за истерику. Была не права. И, вообще, за все извини. Поигрались и хватит. Дальше без меня…
— Дай мне всё объяснить…
— Не надо мне ничего объяснять. У меня табу… на женатых… — и не только. Нервно дергаю ручку, не открывается. — Открой дверь!
— Нас скоро разведут! — тянется к моей двери, и спокойно ее открывает. Выхожу. Выходит следом. — Уже было два заседания, на которые она не явилась. На третьем нас разведут автоматом. Она бросила меня год назад, укатила с…
— Не надо! — перебиваю его. Разворачиваюсь лицом. — Не рассказывай мне ничего!
В груди тяжелый ком. И у меня двоякое чувство. Меня к нему тянет. Сильно. Но и не могу так.
— Да, почему?
— Потому, что мы станем еще ближе. Куда ж еще ближе? Некуда уже. Не надо нам быть вместе. Не к добру это…
Подходит, обнимает. Стою, не смея шевельнуться. Так хорошо и спокойно с ним. Но…
— А может, наоборот, нам надо вместе быть?
Что ты несешь? Ну, зачем?
— Хорошо. Ответь мне только на один вопрос… — отстраняясь и заглядывая в глаза. — Что для тебя самое важное в жизни?
— Семья. Сейчас моя семья — это я и Мишка. И я хочу, чтобы ты стала моей семьей…
— Я не могу тебе этого дать… — слезы наворачиваются на глаза. Я, может, и хочу быть с ним, но не могу с ним так поступить. Он заслуживает лучшее. — Прости и прощай…
Молча забираю ключи от машины, захожу в подъезд. Оставляю его в замешательстве. Не нужно было начинать. Дала слабину.
Давно надо было.
Как пластырь.
Больно, зато быстро.
Глава 12. Сломанное
Какую ночь подряд я не сплю? Опять. И реву…
Не пойму свой организм. Откуда внутри столько жидкости для слез?
И себя, совершенно, не узнаю.
Никогда, ни при каких обстоятельствах, я не была тряпкой. Да, мне и нельзя было.
Нужно за сестрой приглядывать, учиться, потом работать. Оправдывать ожидания. Чужие. До сих пор это делаю…
А сейчас чувствую себя тряпкой. Размазней.
И я бы сказала себе: “Соберись! Возьми себя в руки!”
Но не могу. Как будто, что-то во мне надломилось. А потом и сломалось. И это, что-то, очень сильно болит. Ноет. Невыносимо.
И самое паршивое, что я не могу ничего сделать с этим. Даже напиться, и то не могу. Потому что, его голос в моей голове, говорит, что нельзя. Да, и не поможет. Сколько раз уже пробовала. Не счесть просто.
А что, собственно, реветь-то? Как была одна, так и осталась! Ничего же не изменилось. Надо радоваться. Но не могу…
Поэтому, я лежу в своей пустой, холодной квартире, и тихо вою. И подыхаю.
Промучившись всю ночь и так и, не сомкнув глаз, с утра еду в парк. Просто гуляю. Разгоняю мысли, которые не дают мне покоя.
Как ни странно, мои мысли уходят в детство. До того, как родители развелись. Помню, как мы ездили всей семьей в парк, на речку. И на море. Один раз. А потом мама уехала. Жить на море. И я его возненавидела. И ее. Но только поначалу. Потом сильно скучала. И ждала возвращения. Через несколько лет пустых ожиданий я научилась жить без нее. И сейчас умею. И неплохо справляюсь.
Немного проветрив мозги, набираю опять Боряна. И, о чудо, он отвечает. Переговорив с ним, еду к сестре. Дома сидеть не хочу.
— Санька! — встречает сестра. Но из ее уст не обидно, по детски как-то. — Наконец-то, добралась до нас! Уже три месяца, как мы ремонт закончили. Да, в гости я не ходок.
Проводит мне экскурсию. В квартире стало свежо. Светлые обои, светлый пол. Больше воздуха и света.
— А это детская… — хвалится Линда. У меня аж дыхание перехватило. Детская… Маленькая кроватка, диванчик, комодик. Все такое нежное и миленькое. Как я все это хочу. И мне опять рыдать хочется. И выть. В голос. Почему я такая дура?