– Так мы и не ведаем, видел только, как вы кашу из ягод делали, - почесал затылок Никола, а Элен так и вовсе всё время была на кухне.
– Но никому ничего не скажем.

– Разумеем, ежели у вас всё получится, то золотыми с вами за краску будут расплачиваться, - проницательно заметила его жена.

Мне ничего не оставалось, как доверится этим людям на слово.

В итоге в холодной воде с протравой лежало два наряда. Я оставила их под крышкой на крыльце заднего двора на всю ночь.

А ранним утром, когда рассветные лучи только-только коснулись горизонта, мы втроём, сгорая от любопытства, направились проверять чан. Решив позавтракать сразу после.

Я лично отжала своё платье. Встряхнула, распрямляя.

Свет солнца осветил ярко-алый, просто прекрасный цвет...

Моё платье из ничем непримечательного, превратилось в эффектное одеяние, которое будет видно издалека. А если украсить его белыми кружевами по вороту и рукавам, так и вовсе превратится в праздничное.

– Ах!
– послышалось рядом, и краем глаза я заметила, как восторженно всплеснула пухлыми руками Элен: настолько её восхитил результат проделанной работы.
– Неужто и моё теперь такое же?

Не веря самой себе, женщина кинулась к тазу, судорожно отжала свою одежду и уставилась ошалелыми глазами на насыщенный винный оттенок.

– Ох, Единый!
– это уже Никола смог выговорить первые слова, чуть отойдя от шока.
– Элена, ты пошто старьё-то отдала, смотри, кака краса вышла, а тут заплатка на заплатке!

Переглянувшись со своей кухаркой, мы одновременно рассмеялись. Я облегчённо, что моя задумка выгорела, Элен просто счастливо и за компанию.

Элен и Никола весь день ходили в приподнятом настроении. Садовник пилил свою жену, что она не принесла для опытов платье чуток получше, та улыбалась и отмахивалась, что, мол, и это можно разрезать пополам и сделать красивые алые занавески. Никола качал головой, тихо улыбаясь себе в жидкую бородку.

А я думала. Если так дело пойдёт и дальше, от моего сада ничего не останется. А такой вариант неприемлем. Необходимы искусственные красители. Были идеи, как их сделать, нужно только отыскать необходимые ингредиенты. Но этим я займусь, когда обзаведусь первыми деньгами. И продавать окрашенные ткани в Специи вовсе не собиралась. Опасалась шпионов, что нагрянут в мой дом и нарушат так любимую мной тишину и спокойствие. И высокая ограда вокруг дома никак не спасёт. Я же буквально на коленке всё делаю. Заходи кто хочет, смотри сколько влезет. Преувеличение, конечно, но когда человеку что-то нужно, то он будет идти напролом. Особенно если это касается вопросов о быстром обогащении.

– Никому не говорите ничего. Иначе жизнью все расплатимся, - посадив за обеденный стол в общей гостиной чету Жардиньери, начала я разговор по душам.
– Вы прожили долгую жизнь, наверняка видели всякое. Знаете, что такое человеческая зависть и злоба.

– Хозяюшка, не волнуйтесь, - очень серьёзно глядя мне в глаза, сказал Никола.
– Единый мне свидетель, ваша тайна уйдёт вместе со мной.

– Да, госпожа, мы умеем молчать, - уверенно кивнула Элен.
– Жизнь пожили, вы правы, всяко разное повидать успели. Из-за зависти вот бездомные остались. Только доброта бывшего хозяина — синьора Оленти, не дала нам сгинуть.

– Ешьте, - улыбнулась я, поскольку они не притронулись к еде, так и держали руки, сложёнными на коленях.

– Невместно нам обедать за господским столом рядом с вами, - покачал головой Никола.

– Ничего слышать не хочу, сегодня мы празднуем нашу маленькую общую победу, поэтому давайте ненадолго позабудем об условностях, сейчас они вовсе ни к чему, - мягко улыбнулась я и расправляя чистое полотенце.

Мои слова всё же возымели действие и помощники, украдкой переглянувшись, потянулись к ложкам.

Как только закончился наш поздний завтрак, я присела у открытого окна за стол. Положила перед собой последний чистый пергаментный лист, надо бы закупить побольше, и повертев в руках уголёк, принялась писать.

– Итак, - пробормотала я, собираясь вслух поразмышлять о так нужных мне сейчас вещах, - самые дорогие цвета в стародавние времена были пурпур и индиго. Под боком у меня море, можно, конечно, заморочиться и добыть со дна морского раковины улитки багрянки. Но из десяти тысяч улиток можно получить немногим более одного грамма красителя, я так состарюсь быстрее, чем соберу нужное количество, а уж о масштабном производстве вообще речи быть не может. На старт такого большого дела нужны внушительные средства. А искусственно вывести пурпур, это вообще, с имеющимися у меня возможностями, за гранью фантастики. Пойти путём химика Уильяма Перкина я не смогу. У меня нет огнеупорной печи, чтобы получить каменноугольную смолу, как результат коксования каменного угля.