— Сатах*ха рак*ха! — ругнулся Ташасскар, уже ставший двуногим. Да, его одежда покоилась где-то в песках, затоптанная им и тварями. Сейчас мне не до его тела — меня больше интересует мозг гидры. И почему она может использовать магию.

— Мори, — подбежал Эмиасс.

— Ты видишь, что он делает? Эта мелкая гидра могла чаровать, Эми! Именно она почти выпила нашего мага, она подняла песок. Где же ты… Вот! — рывок, и в моей руке трепещет чёрный червь. Тьма! Это же… Мелкий демон из Бездны, сопредельного мира нечисти и Тёмных богов!

— Он открыл портал? — в ужасе от находки прошептал Турмалин. Я сжала червя и наслаждалась его предсмертным визгом несколько секунд.

— Что вы там делаете, Наследница? Полюбезничать с вашим любовником вы можете и в Пасти! Идёмте, мы принесём клятвы и войдём, — подошёл к нам даархит.

Я выпустила крылья, когти, повернулась к нему. Мой дикий, бешеный взгляд заставил его отступить. Эта минутная слабость ещё больше обозлила его, но мне плевать.

— Заткнис-сь! — прошипела я злобно, — Ты ничего не знаешь, принц! Где будет твоя гордость, твой гонор, когда в твой дом придут такие вот гидры? Они одурманят всех, поднимут ваши пески, обрушат горы и ваши ходы! А потом вас всех сожрут, — шипела я ему в лицо.

— Что случилось? Эмиасс? — стараясь не подходить к нам близко, спросил Мунон. Даархит на грани оборота: по щекам скатываются волны чешуи, во рту не помещаются огромные клыки с ядом, спина вздувается горбом.

— Мора нашла тварь, которая выпила всю силу Оворна и управляла всеми теми тварями, которые напали на нас, — коротко рассказал мой демон, — У неё не было сердца, но было то, что ужасает ещё больше…

— Чёрный червь, — пропела я в ухо Ташаскара, — Ты знаешь о них? Знаешь, — поняла я по ужасу в его глазах, — Он мог достать их только через портал!

— Мунон! Я должен вернуться на корабль и связаться с родичами! — встревожился-то как. А то всё презрительно цедит приказы, змей.

— Делайте что хотите, — устало сказала я и махнула Эмиассу на гору, — Нам пора, Эми. Чем быстрее мы найдём корону, тем лучше.

Мы влезли в Пасть, встретили хмурых и встревоженных мужчин обречёнными взглядами. Мой рассказ шокировал всех.

— Но… — Оворн не мог поверить в жуткую правду, — Раньше ведь такой нежити не было!

— Да, не было. Значит портал открылся лишь несколько дней назад. Нужно сказать отцу… и Аморату тоже.

Однако нас ждал сюрприз: связь не работала! Сколько мы не ходили и в Пасти и около неё — бесполезно! Переглянулись, понимая, что теперь всё зависит от нас.

— Что бы там не решили чужаки, мы идём в дракона! Отец сказал, что мы должны держаться вместе, чтобы выйти отсюда. Заоран… — ворон уже пришёл в себя, вернулась и его злость, — Я собрала много некроса. Подойди!

Словно осуждённый насмерть, ворон стал понемногу подходить ко мне. Я подбадривала его ехидной усмешкой и вытягивая губы в трубочку. Проклокотал что-то и рванул меня к себе. Злые, жадные поцелуи… закончились так внезапно! Внизу вспыхнуло, из Пасти вырвалось жаркое, алое пламя. Оно прокатилось по пляжу, выжигая всё на своём пути. Туши тварей в мгновение стали пеплом. Мы ошарашенно подошли к краю, разыскивая тех самоубийц, что рискнули сунуться сюда.

— Лэй Мунон! Лэй Ташасскар! — ехидно позвала я обоих чужаков, что распластались на песке, укрытых лазурным щитом элементаля, — Вы всё же решили к нам присоединиться?

— Да, мы решили не бросать вас одних! — я спрыгнула вниз.

— И вы знаете, что позволит вам войти? — обошла их по кругу. Ах, какой вид сверху вниз! Мунон встал, опалил ответным восхищением. Оба кивнули, — Я жду клятву! И если она мне не понравиться…

Даархит закрыл глаза, загоняя вглубь все свои возражения, возможно и брань. Да, гордый змей, ты должен смириться и делать всё так, как захочу я. Иначе твой народ не выживет. Их гибель при открывшихся обстоятельствах лишь вопрос времени. Мунон присел на одно колено, склонил голову. Его чудные волосы были в песке и крови, тёмной крови тварей Нурлока. Протянула руку и пропустила их сквозь пальцы, тьма очистила лазурную гриву, та вновь сверкала, как драгоценность.

— Клянусь… — глухо начал даархит, склонив голову, — Что буду верным спутником Наследнице демонов Морайе! До момента смерти Нурлока… или моей собственной.

— Клянусь быть верным спутником демонице Морайе, — твёрдо встретил мой требовательный взгляд элементаль. Я ласкала гладкую щёку, провела пальцем по его губам. Глаза сорхита расширились, а потом блаженно закрылись, когда я накрыла их своими. Клятва отныне у нас в сути, в ауре. Сорхит не спешил отпускать меня: его руки всё ближе подтягивали меня к нему, горячие губы жгли кожу шеи и ключицы.

— Мунон! Доита! — шипел змей.

— Да, лэй Мунон, пора вам и отпустить меня. Клятву мы скрепили номинальной связью, так что можно и разойтись, — вывернулась из жадных рук. Разочарование в его глазах пролилось бальзамом на мои нервы. Теперь даархит.

— Я разрешаю вам поцеловать меня, лэй Ташасскар… — змей пошёл волнами ало-зелёной чешуи, но покорно двинулся ко мне, уже приблизился на расстояние в полсантиметра, и тогда я продолжила, — В коленку!

В ответ снова брань на даархитском. И мой громкий, звонкий издевательский смех. Мои пальцы пропутешествовали с груди на живот, я закусила губу. Нырнули за пояс штанов, я погладила себя, вскрикнула. Опять тоже " Нук*кара каш*шта"! Даархит вытащил копьё и с остервенением рубил песок. А его друг с потемневшими глазами следил за каждым моим движением. Для него, ну ещё может быть для Оворна с Латакком, я и сняла штаны. Медленно, неспешно, постанывая и поглаживая ноги. Кстати, на обоих были глубокие укусы гидры.