Фидель Михайлович уже опрокинул рюмку и налег на закуску, с готовностью ответил: - Сенин? Владимир Петрович? Есть такой предприниматель. В Западной Сибири взял в аренду несколько леспромхозов. Лес сплавляет по Оби. Покупатели - норвежцы.
– У него в Питере есть друзья?
– За друзей не скажу, а враги есть. Точнее, один - Александр Гордеевич Тюлев. Оба сидели в "Крестах", правда, в разное время. Подробней вам доложит товарищ полковник.
– Теневые капиталы Сенина вы отслеживали? Постольку поскольку. Надо было убедиться, что его потоки с вашими не пересекаются.
– А с потоками Банкира?
– С его - да. Потому они и конфликтуют.
– И как далеко зашел у них конфликт? Может Банкир поднять на него руку?
– Точно вам доложит товарищ полковник.
– Что вы все "товарищ полковник" да "товарищ полковник"? Пора уже самому делать умозаключения.

Это было замечание по существу. Шеф ставил аналитика на один уровень с товарищем полковником. Фидель Михайлович почувствовал, как под столом чья-то женская ножка придавила ему ступню, как бы давая понять: ты не просто аналитик, ты уже советник. Ножка сильная , тяжелая - ножка Антонины Леонидовны.

Чувствуя эту ножку, Фидель Михайлович сказал: - По моим прикидкам, Александр Гордеевич и рад убрать Сенина...

Ананий Денисович перестал жевать, насторожился.
– И какое же препятствие?
– Региональное политбюро. Оно финансирует Сенина, как и Тюлева.
– Но общак у Тюлева?
– Хозяин общака - политбюро. Как и в те времена, когда Политбюро писалось с большой буквы.
– А в чем преимущество Сенина перед Тюлевым?
– Сенин моложе Тюлева. Как предприниматель он развернется лет через пять. Сенин юрист, диплом не куплен. Ученик Собчака. В Думу пройдет относительно легко. На его руках нет крови.

Ананий Денисович внимательно слушал, кивал чисто выбритым подбородком. Глаза, как у дрессированной собаки, были осмыслены. По ним, слегка прищуренным, нельзя было определить: он уже принял решение или ещё колеблется, то есть купит лесовозы или разговор останется только протокольным намерением.

Работая на опережение, Фидель Михайлович сказал: - Если купим лесовозы сейчас, они будут целую зиму простаивать.
– А чтоб не простаивали? Потребуется ещё один комбинат. Действующий. Или же построить. Например, на Приозерном. Он даст продукцию уже к осени будущего года.
– Резонно, подумав, согласился Ананий Денисович.
– Оба варианта приемлемы. Даже первый предпочтительней. Но, к сожалению, не каждый день на аукционы выставляются деревообрабатывающие комбинаты.

Ананий Денисович забыл о еде.Слушая Фиделя Михайловича и размышляя вслух, они оба пригубливали фужеры, а в фужерах вместо водки женщины им подливали апельсиновый сок. Женщины пили вино, не предлагая мужчинам: одному хмельное противопоказано, другому требовалось думать и думать, отвечать на вопросы лаконично и точно.
– Итак, с покупкой лесовозов пока воздержаться?
– Благоразумней воздержаться, - уточнил Фидель Михайлович. Осенью, в конце навигации, если чухонец будет намерен от лесовозов избавиться, он значительно уступит. В настоящее время запросит по максиму.

Ананий Денисович усмехнулся, он даже не усмехнулся, а лишь морщинкой на постаревшем лице обозначил усмешку. Его мнение с мнением аналитика совпало. Так подсказывала логика. А он поступит вопреки логике - и тем самим выиграет.
– Как в той песне, - сказал он весело, - нам нужна одна победа. Одна на всех, - и жестом руки показал на присутствующих.
– Верно? Ну, если так...

Фидель Михайлович понял, дело не в цене, а в чем-то другом.

Уже ночью, когда Дарьяна Манукяновна отдыхала, тяжело дыша, нашептывала нежные слова своему безотказному партнеру, Фидель Михайлович тихо спросил: - Не понимаю, зачем вам лесовозы да ещё любой ценой?
– Эх, ты, умный, а не догадался, - ответила она, как отвечают любимому ребенку. Рубль, милый мой, уже летит в тартарары. Вот и надо его вложить.
– Как скоро?
– Хоть завтра.
– Разве обвал завтра?
– Через две недели.
– Моя задача?
– Считать и не ошибаться. Рубли переведем чухонцу.
– А если он не согласится?
– Тогда Иван Иванович что-то придумает...

Товарищ полковник придумал, как велел шеф. Тела Усиссо и его охранника были найдены в яме на сто пятом километре шоссе Санкт-Петербург - Таллин. А в километре от ямы - сброшенный с обрыва "Форд" без номерных знаков. Водитель был обезображен до неузнаваемости. Владельцем машины оказался питерский предприниматель Константин Гелевера, друг, а в прошлом и подельник лесопромышленника Тюлева.

Следствие лишь начиналось, а представитель фирмы "Лозанд" предложил вдове убитого чухонца продать фирме два лесовоза, притом, по цене, превышающей стоимость судов подобного класса почти в два раза. Но продать за рубли.

Вдова охотно приняла вроде выгодное для неё предложение. И сделка была оформлена тотчас, как только деньги поступили в банк на имя покойного.

43

В первой декаде июля над Москвой бушевали грозы. Стояли жаркие дни и душные ночи. Меж домов тем не менее устойчиво держался сизый бензиновый смог. Во все дни, а не только по пятницам, москвичи устремлялись на дачи.

Почему-то в четверг, а не в пятницу, Аркадий Семенович пригласил Фиделя Михайловича и Антонину Леонидовну за город - к себе, как он говорил, на дачку, имея в виду крестьянскую усадьбу, купленную на окраине Бронниц. Я не смогу, - сразу же отказалась Антонина Леонидовна.
– Шеф поручил мне встретить знакомого вам шведа. Рейс из Стокгольма в четыре утра. А вот мужа, зная вашу дружбу, я отпускаю.

Это был надуманный предлог - встретить Якобсона Шимона могли и телохранители Глеб-высокий и Глеб-не очень. Просто с некоторых пор Антонина Леонидовна избегает наносить визиты профессору Герчику. Сам же профессор знал причину - это была Клара.

Девушка чуть ли не с первого дня знакомства была влюблена в Фиделя Михайловича - влюблена своим нежным сердцем без надежды на взаимность. Но Антонина Леонидовна как многоопытная женщина не могла не замечать, что Фидель тоже любит Клару и питает к ней глубокое сострадание.