Жрец умолк и закрыл глаза. Голова служителя опустилась, и он содрогался всем телом, заново переживая события тех дней.

Рассказ пришлось продолжать уже другому служителю:

— Здесь впервые расцвела истинная вера. Случилось так, что возле городских стен остановился торговый караван из Элингарта. В ту же ночь все чужестранцы получили вознаграждение. И спустя девять месяцев на свет появился Анастер, первенец мертвого семени. Ныне он достиг совершеннолетия. Это событие вызвало новый расцвет истинной веры — произошло второе Обращение, уже под командованием самого Анастера… Посмотрите, вон он. Рядом его мать. Они ведут новообращенных тенескариев. Далеко отсюда, на севере, их ждет война. Им предстоит завоевать Капастан, погрязший в безверии.

— Уважаемые жрецы! — Гул толпы мешал говорить, и госпоже Зависти пришлось возвысить голос почти до крика. — Простите мое невежество, но я ничего не знаю о детях мертвого семени. Кто они такие?

— Вознаграждение, даруемое неверным мужского пола, вызывает у них непроизвольное истечение семени… которое продолжается и после того, как жизнь оставит их тело. Истинно верующие женщины стремятся не пропустить этот краткий миг, дабы успеть оседлать труп и принять в себя семя мертвого мужчины. Дети, рожденные таким образом, считаются самыми чистыми и святыми среди всех возлюбленных чад Паннионского Провидца. Анастер — первый из них, вошедший в зрелый возраст.

— Просто уму непостижимо, — прошептала госпожа Зависть.

За все время их странствия Ток впервые видел ее мертвенно-бледной.

— Это — великий дар нашего Провидца, — продолжал жрец. — Любое дитя мертвого семени несет в себе истину поцелуя смерти, который и есть великая правда вознаграждения. Мы знаем, чужестранцы боятся смерти. Однако истинно верующим она не страшна.

Ток наклонился к уху жреца:

— После того как армия тенескариев покинет Оплот, в городе останется хоть кто-то живой?

— Обращение неизбежно для всех, чужестранец.

— Иными словами, те, кто не ощутил в себе эту… лихорадку истинной веры… получили… вознаграждение?

— Совершенно верно.

— И были съедены.

— Тенескарии не способны питаться исключительно словами Паннионского Провидца. У них есть смертные тела, требующие пищи.

Разговор прервался. Толпа тенескариев быстро заполоняла площадь. Впереди двигался их предводитель — совсем еще юнец, почти мальчишка. Он был единственным, кто восседал на лошади — чалой кляче со сгорбленной спиной и натертой шеей.

Неожиданно голова Анастера повернулась в ту сторону, где стояли Ток и остальные путники. Юнец взмахнул длинной тонкой рукой, похожей на прут, и пронзительно вскрикнул. Он не издал ни единого слова, однако последователи хорошо его поняли. К чужестранцам повернулись сотни лиц. Но этим дело не ограничилось. Приверженцы Анастера устремились к ним.

— Что им от нас нужно? — с заметным испугом спросила госпожа Зависть.

Второй жрец стал пятиться:

— К сожалению, нашей защиты оказалось недостаточно. Приготовьтесь получить вознаграждение, чужестранцы!

С этими словами все трое жрецов опрометью понеслись прочь.

Госпожа Зависть подняла руки. Волчица и собака вновь превратились в громадных зверей, бросившихся навстречу толпе. На мостовую хлынула кровь, и первые погибшие повалились на землю.

К женщине подбежали сегулехи.

— Разбуди нашего брата! — потребовал Сену.

— Ладно, — согласилась госпожа Зависть. — Уверена, Тлен не замедлит здесь появиться. Но им обоим будет не до поединка.

Скрипнули кожаные ремни. Мок вскочил на ноги. В руках его грозно блестели мечи.

«Похоже, все про меня забыли», — подумал Ток.

Решение пришло к нему неожиданно.

— Ладно, развлекайтесь тут как умеете, а я пошел, — пробормотал он и двинулся по пустой Ильтарийской улице.

Предоставив зверям и дальше терзать орущих тенескариев, госпожа Зависть обернулась назад. И изумленно воскликнула:

— Эй, Ток! Ты куда это собрался? Что ты задумал?

— Я обрел истинную веру! — крикнул он в ответ. — Этой толпе предстоит сражаться с малазанской армией. Правда, сами они пока этого не знают. Я пойду вместе с ними!

— Ток! Послушай меня! Мы расправимся с этим быдлом и их гнусным юнцом-предводителем. Не надо…

— Прошу тебя, не трогай их! Слышишь, Зависть? Проложите себе путь, но не убивайте всех, они нужны мне.

— Но…

— Время дорого! Я так решил, и некогда объяснять. Если Опонны нам улыбнутся, мы с тобой еще встретимся. А сейчас я должен найти своих друзей.

— Стой!

Махнув ей рукой, Ток бросился бежать по улице.

В спину ему ударило магической волной, но он даже не обернулся.