Я знаю, почему. И он тоже, но есть вещи и события, о которых мы оба предпочитаем молчать, даже если хочется кричать, выть, рычать и вопить во все горло.

Прищурившись, я смотрю на простирающийся за окном тропический пейзаж, не испытывая ни толики должного восхищения. Красивая картинка, как с открытки, но пустая и холодная, несмотря на буйство красок. Призма моего восприятия окружающей реальности с недавних пор работает с серьезной погрешностью. Я не умею видеть красоту, когда в душе царит кромешный мрак. И притворяться не хочу, и лгать, что приняла решение Совета устроить нам с Дэрилом брачный ритуал.

Заметив его, стоящего по колено в воде, одетого в одни пляжные шорты, я удрученно вздыхаю. Рельефный разрисованный татуировками торс, широкие плечи, подтянутый зад, мускулистые руки и длинные крепкие ноги как магнитом притягивают взгляд, вызывая жжение в области сердца и предательское напряжение внизу живота. Как бы я не пыталась убедить себя, что в любой момент смогу избавиться от своей нездоровой тяги к этому мужчине, надежд с каждым днем становится все меньше.

Резко отвернувшись, я снова падаю на кровать, устремив взгляд на мощные лопасти огромного вентилятора, установленного под потолком. Зачем здесь этот раритет, если кондиционер справляется с жарой за считанные минуты? Надо будет попробовать его включить…

Метод отвлечения на внешние детали не срабатывает. Мысли путаются и заходят в тупик, возвращаясь к тому, кто прямо сейчас любуется океаном.

Я больше не называю его Бут, даже мысленно. Это первое, что Дэрил объяснил мне после нашей жуткой свадьбы.

Кая, Бут, Медея и Кронос убиты в процессе сезонного стрима. Прямую трансляцию с их смертью увидели все гости, партнеры, покровители и спонсоры Улья.

Никто не выжил, включая организаторов.

Грандиозный замысел Верховного Совета свершился.

Ликвидация королевской семьи, устанавливающей свои порядки на острове, состоялась.

Кронос… Уильям Демори, мой биологический отец и самый ненавистный мной монстр заключен в одну из камер на минус втором уровне, где долгие годы в нечеловеческих условиях содержал своих жен.

Там он останется до суда, который состоится после тщательного расследования, инициированного Верховным Советом.

Бумеранг все-таки существует?

Не уверена.

То, что случилось с королевской парой, было не возмездием свыше, а тщательно спланированной операцией.

Об этом я тоже узнала от Дэрила. Он стал основным исполнителем Верховного Совета, их глазами, руками и орудием расправы. Но в конечном счете он тоже был обманут. Кроноса вывели из игры живым, а Дэрила это совершенно не устраивает и приводит в дикую ярость, которую он конечно же виртуозно скрывает от меня…, как, впрочем, и многое другое.

Как один человек может воплощать в себе столько отвратительных и притягательных качеств?

Я никогда не смогу понять его и принять даже мизерную часть. Мне придется притворяться, лгать и играть. Ничего нового, пора бы смириться.

Зажмурив глаза, со злостью стираю стекающие по щекам слезы.

В голове пульсируют остатки пугающе реалистичных ночных кошмаров. Я вижу их каждую ночь на протяжении последних десяти дней, проведенных с мужем на частном острове. Том самом, которым некогда владел Янг. Верховный Совет расщедрился на свадебный подарок — остров теперь принадлежит нам, и раз в год мы можем проводить здесь целый месяц вдвоем, изображая счастливую семью.

Не знаю, как Корпорации удалось прибрать к рукам имущество почетного гостя, убитого мной и Эйнаром, и честно сказать, этот вопрос интересует меня меньше всего. Слишком много других, более насущных и важных.

Повернувшись на бок, я прижимаю к груди колени и долго смотрю на аккуратный рубец на левой ладони, оставшийся после брачной церемонии, которую я запомнила путанными обрывками.

Сомневаюсь, что меня накачали психотропными транквилизаторами из милосердия. Основатели Корпорации давно забыли, что означает это слово. Под каждым действием глав Совета скрывается определённая расчётливая цель. Им нужно было мое согласие и безоговорочное подчинение, и они его получили. Мои желания не волнуют никого из них, включая моего мужа.

Стоит ли удивляться тому, что тяжелый обручальный перстень с кроваво-алым рубином, я воспринимаю, как тюремные кандалы, которыми Дэрил приковал меня к себе.

Впервые увидев кольцо на своем безымянном пальце, я сразу его узнала. В самом начале моего пребывания в Улье Медея хвасталась перед мной семейной реликвией, передающейся по наследству. Моя мать однажды тоже надела его после брачной церемонии с Кроносом, затем пришел черед Медеи, а теперь мой. После всего, что случилось с моими предшественницами я не могу смотреть на кольцо без страха повторить их судьбу, и не единожды пробовала его снять, но каждый раз Дэрил возвращал проклятое кольцо обратно, силком нанизывая на мой палец.