— Как он смог обмануть провидение дара Аполлона? Никто и никогда не делал подобного.

— А я тебе говорила, он очень способный. Правда глупый. Крей. Достаточно, ты и так потратил слишком много энергии.

Девушка хотела меня остановить. Сперва показалось, что мы отделались малой кровью. И победить смогли, и не подставились под удар, вот только…

Слова Ириды прошли мимо. Я разбежался и замахнулся ногой. Очередные несколько секунд стерлись из реальности, а практик Аполлона отлетел на десять шагов назад, падая на спину. Он хотел поднять руку, чтобы сдаться. Но было поздно.

Потому что внутри меня проснулся кровожадный зверь, жаждущий убивать.

Резко подскочив к нему, я схватил руку, которую он поднимал, и одним твердым движением потянул на себя, подставляя другую руку в качестве опоры. Хруст, а следом и жалобный крик парня раздались по всему залу. Я перехватил рукоять меча и навершием саданул ему в нос, ломая и его.

Все его лицо залилось кровью, а синеватые глаза уже закатились от болевого шока.

— Ну что? Доказать тебе, что я достоин быть самоуверенным, а? МОЖЕТ МНЕ ТЕБЕ И ЗУБЫ ВЫБИТЬ?

Я замахнулся снова. Лира и Ирида вместе кинулись, чтобы остановить меня, но не успели.

Адская, жгучая, просто невыносимая боль скрутила меня раньше. Ноги машинально подняли мое тело, но не смогли удержать, и я рухнул на спину, извиваясь в какой-то животной агонии. Все тело трясло и выворачивало наизнанку. Я вопил, не слыша, что происходит вокруг. Мой разум затуманило от того, что я чувствовал эту боль даже самой маленькой клеточкой своего тела.

Но это было лишь начало. Самое ужасное началось после.

Моя рука внезапно вспыхнула белым пламенем.

Я стиснул зубы до звучного треска, взвыл. Эту боль невозможно было стерпеть, она сводила меня с ума. Тем временем на ладони отчетливо зажигался третий лепесток огненной лилии.

Яд полностью овладел моим телом, и начал сжигать его дотла.

— Он заражен Кровью Геры? Почему ты мне не сказала? Где мы так быстро найдем противоядие?

Лира явно запаниковала, увидев, как юноша перед ней внезапно воспламенился, но Ирида, не подавая страха, хотя ей явно было страшно, потому что она не ожидала такого быстрого развития яда, подскочила к Крею.

Она обняла его со спины, как можно больше соприкасаясь с его телом и передавая ему просто немыслимые количества энергии.

— Быстро. В моей сумке есть Лотос и Аморант. В Дельфах точно найдется хороший медик. Я очень надеюсь, что ты не дашь умереть моему двоюродному брату и используешь свою Лиру!

Девущка в страхе быстро вытащила из сумки ингредиенты и отдала их из неоткуда появившемуся юноше. Уже через половину часа противоядие было готова, а Лира искусно наигрывала аккорды, извлекая из инструмента самую чистую и целебную энергию света.

Все это время Ирида сидела рядом с Креем. Она каким-то невероятным образом смогла помочь ему подавить пламя, но ее лицо уже приобрело нездоровый оттенок. Девушка отдавала практически всю свою духовную силу, и, казалось, готова была отдать и жизненную.

Наконец, когда противоядие было готово, им напоили Крея, после чего отнесли в одну из спален дворца.

— Почему ты ничего не сказала? Почему не отказалась от боя? Почему он не отказался?!

Лира и Ирида стояли в коридоре, где было множество комнат, прямо у двери, за которой спал Крей. Наследница Гермеса грустно улыбнулась.

— Зная тебя, ты бы не стала помогать. И потом, он хотел показать тебе, насколько серьезен в своих намерениях. Послушай, он действительно способен дать Резу Сагоне отпор, но пока не готов.

— Неужели, ты настолько веришь в него?

Ирида молча кивнула.

Лира задумчиво посмотрела в сторону, после чего улыбнулась.

— Что ты хочешь от меня?

— Не так много, как ты думаешь, Лира. Всего лишь одолжить то, что тебе не принадлежит. Щит Фемиды.

Девушка вскинула свои рыжие брови.

— Как ты узнала?

— Фемидцы давно утратили свою реликвию где-то под Дельфами. Недавно пошла молва, что его нашла ты.

— Нет! — решительно сказала Лира. — Это гордость моей коллекции, я не могу просто так тебе его отдать.

Ирида широко улыбнулась. Она знала натуру Лиры, поэтому была готова.

— Хорошо, тогда как насчет пари?

— Не думаю, что тебе есть что предложить?

— Хм, а как насчет до сих пор неизвестной реликвии. Наручи, созданные из четырех элементов в равной пропорции, которые породили никому неизвестный пятый?