Шрифт:
– Я бы не хотел, чтобы вы со мной расплАчивались. Свои планы на жизнь я честно озвучил. Хочу постоянно находиться рядом с вами и изучать вас. Больше мне ничего не надо!
Ну что тут скажешь?!
Ничего!
Вот и мне осталось только вздохнуть и поблагодарить просиявшего наагата.
***
Собрав вещи, направились в космопорт, а оттуда – на орбиту.
– Как вам наш транспортник?!
– Нэр ит,Хельг показал на колоссальный космический корабль, к которому мы стремительно приближались.
– Он огромный! Сколько в него можно загрузить?! У нас денег не хватит оплатить услуги этого монстра! – Запаниковала я.
– Ну что вы такое говорите! – Доктор-змей откровенно любовался на приближающегося монстра. – Стоит сущие копейки! Этот транспортник ещё не самый большой. Идёмте. Сами всё увидите!
Мой робот, филигранно пристыковался к кораблю и привычно пристроился за левым плечом.
«Глаза страшатся, а руки делают!» - Повторяю я пословицу, как молитву, пока мы переходим из одного корабля в другой.
Нас уже встречают.
Шесть карианцев и один пторх.
Все – в возрасте.
– Милосердных Звёзд. – Запинаясь приветствую я.
– Милосердных, нэра Яроссслава. – Выступает вперёд самый широкоплечий из них. Поворачивается к доктору и подмигивает, - Что, старый холостяк, нашел себе дочку?!
– Вы знакомы?! – Удивляюсь я.
– Знакомы … - Усмехается пторх и обнимает эскулапа, плавно взмахивая крыльями. – Выросли вместе. Служили … Потом наши пути разошлись. Мы с парнями занялись перевозками. А док пустился в авантюры … после того, как его жена обобрала его и его семью до нитки и улизнула с наложником.
– Ещё одно слово о ... прошлом, и я тебе морду набью!
– Ругается зловредный врач.
– Да ну! Не разучился ещё кулаками махать?!
– Саркастично поднимает одну бровь крылатый мужчина.
– Сейчас увидишь!
– ит,Хельг скидывает лёгкий скафандр, потом на пол летит ставший уже привычным свитер.
– Ну-ну! Если что, сразу кричи - "Стоп"! Я ж не грох! Беспомощных бить - грех!
– Не унимается пторх.
– А ну прекратили!
– Карианец так рявкает, что я подпрыгиваю, а Хранитель и Хранитель Два заслоняют меня собой и обрастают оружием.
Но разгневанный капитан не обращает на это внимания. А продолжает чихвостить друзей:
– Это как понимать?! Вы, старые грохи, совсем спятили?! Девчушку насмерть перепугали! вас сейчас её роботы поджарят, а я им ещё и помогу!
10. Десятая часть
– Вы стыд совсем потеряли! Так хотя бы не позорьтесь!
– Отчитывает карианец врача и пторха, как нашкодивших подростков.
– А у нэра ит,Хельга со стыдливостью всегда проблемы. Точнее в отсутствии стыда!
– Ябедничаю я и тут же заливаюсь краской.
Дожилась, старая!
– Вот! Вот - о чём я и говорю!
– Продолжает бушевать карианец, - Ты подопечную довёл до того, что она скоро тебя стыдиться будет! А надо, чтобы тобой гордилась! А ты, пернатый, о чём думаешь?! При малышке опекуна срамить?! Да я тебя сам сейчас ощипаю! Чтобы один на зад... прости, деточка, один чтобы на попу сесть не мог. А второй, чтобы месяц перья отращивал и о своём поведении думал!
Ит,Хельг, смущённо хихикнул и, буркнув нечто неразборчивое, ... сбежал из стыковочного отсека!
– Прости, деточка!
– Промямлил пторх и ... тоже смылся!
– А ...
– Я стояла, глупо хлопая глазами.
– А ты, прости старых недругов-друзей, и пошли с нами в рубку. Там всё обговорим. Свои планы расскажешь. И расскажешь, как дожилась до жизни такой. Чтобы опекуном ит,Хельга принять. Нет, ты плохого не думай! Он мужик умный, дельный. Но с семьёй ему не везёт. Бабам он не верит. А семью завести всегда мечтал. Видно, совсем у тебя всё плохо было, если он за тебя взялся.
За разговором мы дошли до небольшой, но очень уютной кат-компании.
Меня усадили в кресло, впихнули в руки стакан с горячим молочным коктейлем, и, расположившись напротив, на угловом диване с ёмкостями чего-то весьма крепкого в руках, приказали:
– Вот теперь - рассказывай, с чего всё началось?!
Я отпила глоток, прикрыв глаза от удовольствия и ... меня прорвало!
Слова лились сплошным потоком. Сумбурным, бурным, бешеным.
Давясь слезами, перескакивая с даты на дату и снова возвращаясь назад, говорю и говорю, не в силах остановиться.