Хех… Ничего не меняется… Здешний мир постепенно развивается примерно также, как и мой родной. Голод, эпидемии, повышение налогов, огромный разрыв в благосостоянии между дворянами и простыми людьми, войны – жрецы в своих проповедях знают куда давить. А чтобы показать свое единение с народом – нужно обязательно сжечь или как принято в этом мире – четвертовать парочку ведьм. Хех… Это же они виноваты во всех бедах…

Пока интересы короля и верховного магистра ордена совпадают – первый закрывает глаза на деятельность второго.

– А почему тогда здесь вы, а не городская стража? – спросил я, кивая на бронзовый шеврон с королевским гербом на его груди.

Копейщик поморщился.

– Дык, мы сопровождали принцессу, которая приехала помолиться в храме Пресветлой. А тут они…

Королевский копейщик сплюнул и зло зыркнул в сторону людей в темно-серых хламидах, которые устанавливали сейчас небольшой деревянный помост.

Я посмотрел в указанную сторону, а потом перевел взгляд на ступени храма, где замерло несколько десятков дворян в ярких дорогих одеждах. Среди них выделялась девчонка в красивом сиреневом платье. Принцесса Адель, дочь младшего сына короля, погибшего в бою с пиратами. На вид ей было лет тринадцать или четырнадцать.

Похоже, рыцари, устроив свой спектакль, тем самым заблокировали путь принцессе и ее свите. Девчонке придется присутствовать на казни.

Руку даю на отсечение, те, кто все это устроил, сделали это намеренно. По сути, они таким хитрым ходом фактически устроили участие принцессы в казни ведьм. Теперь народ разнесет по всему королевству весть о том, что юная Адель, как благочестивая почитательница Пресветлой, полностью на стороне ордена.

Мне вот любопытно, а король в курсе происходящего? Может, он и является режиссером этого спектакля? А что? Очень даже может быть. Почему бы не добавить юной принцессе немного плюсов в глазах народа? И в придачу лояльное отношение быстро развивающегося рыцарского ордена.

Бросив служивому талер, я, отмахнувшись от его благодарности, стал быстро пробираться поближе к спешно воздвигающемуся помосту. Мне нужно было убедиться, что среди приговоренных нет Лады. Именно о ней я подумал в первую очередь, когда копейщик сообщил мне о казни.

Народ все прибывал и прибывал. Я оглянулся. Наша коляска стояла сейчас в дальнем углу площади. Жак, видимо, сообразил, что такое скопление народа не к добру и отогнал наше транспортное средство подальше. И Бертран и Жак сидели в коляске. Я удовлетворенно кивнул. Вот за что мне нравятся эти двое, так это за исполнительность.

По сути, мне нужно всего лишь глянуть на женщин, которых жрецы обзывают ведьмами, и убедиться в отсутствии среди них Лады. В то, что все десять приговоренных являются ведьмами мне мало верилось. Вот подберусь поближе и просканирую их, а потом можно и пробираться назад.

Пока двигался вперед, послушал зевак. Люди жаждали кровавого зрелища. Ведьм в народе не любят. То и дело в толпе слышались призывы поскорее расправиться с нечистью.

– Сколько они нам кровушки попили! – охая и качая головой, причитала дородная бабенка.

– Все беды от них! – скрипел рядом с ней сухой мужичок с желтыми кривыми зубами.

– Вот и на них нашлась управа! – грозил в сторону пленниц широкоплечий рыжий детина. – Одна такая всю скотину у нас в деревне извела!

Я пробирался дальше и сокрушенно качал головой, дабы своим поведением не выделяться из толпы.

Наконец, я оказался прямо напротив помоста и принялся осматривать в истинном зрении сбившихся в кучу и закованных в цепи женщин. Неестественно вывернутые пальцы рук, кровоподтеки, синяки под глазами – их явно перед этим долго пытали. Сканируя одну женщину за другой, я чувствовал, как по моей спине пробегали мурашки.

Невероятно! Я ошибался! Это ведьмы! Все десять… Значит, действительно целый ковен накрыли. Их источники искалечены и обезображены. Удивлен, что они до сих пор живы. Очень похожие травмы были у Лады.

Кстати, моей знакомой среди них не было.

Я облегченно выдохнул. И хотел было уже развернуться, чтобы уйти, но мой взгляд зацепился за одну странность.

Я внимательно присмотрелся… Сбившиеся в кучу женщины, закрывали своими телами еще одну ведьму. Судя по энергосистеме, это девятилетняя или десятилетняя девчонка.

Мое внимание не осталось незамеченным. Одна из ведьм, самая старая, резко вскинулась и начала рыскать глазами по толпе. Через мгновение наши с ней взгляды встретились.

Даже в таком состоянии она умудрилась почуять метку моей приемной матери. Представляю, какой силы была эта ведьма до плена. А еще меня пугала мысль о том, кто смог такую ведьму пленить. Силы в нем должно быть не меньше, чем в покойном Диком Герцоге. Если ордену служат одаренные такой мощи, королю в будущем придется считаться с новой быстро растущей силой в своем королевстве.