Итак, нужен план действий против них.

Если я буду сопротивляться, им точно это не понравится. А я буду сопротивляться очень сильно и отчаянно, что не обойдётся без крови. Никакого огнестрельного оружия или ножей, но им должно будет достаться очень сильно, что может вызвать две реакции остальных.

Страх и ненависть.

При первом всё понятно — они отстанут и больше не подойдут.

При втором всё сложнее. В школе я мог не опасаться того, что они будут пытаться отпинать меня всей толпой, так как много свидетелей и охрана школы не дремлет. Это двое могу прийти ко мне и набить морду, и то несильно, но на десять человек, пришедших меня бить, точно сбежится охрана, и достанется всем. Могут потащить в туалет, но тоже свидетели и риск того, что за них хватится охрана школы. А они будут очень злы, чтоб ограничиться несколькими тумаками.

Значит, если всё пойдёт по плохому варианту, меня попытаются достать после школы. Не около неё, где тоже может прийти охрана, а где-то на удалении. Пойдут за мной, после чего нападут. Это означает, что мне придётся убегать от них, спасая свою жизнь. Меня могут не убить, — я в этом не уверен, — но точно искалечат, как и обещали.

Необходимо было место, куда я смогу уйти в случае такого расклада. Если они действительно решат так поступить, то иного выхода уже не будет, и мне потребуется уединённое место. Где-нибудь там, где никто не прибежит на шум, а они не смогут меня окружить.

Значит, план такой. Подготовиться к общению с теми, кто собирает деньги, и подготовить место отхода после школы, где я смогу поговорить с ними без свидетелей, если возникнут проблемы.

Первым делом я зашёл в строительный магазин, требовалось кое-что приобрести для завтра. Да, придётся потратиться немного, но в куда меньших объёмах, как если бы я решил им отдать деньги. После этого я пошёл в секонд-хенд и купил ещё одну вещь, что могла пригодиться завтра. С этим подготовка к ситуации в школе закончилась. Теперь надо было подготовиться, если меня всё же решат достать после школы.

Для этого я сходил домой, достал из-под пола пальто, в котором были обёрнуты драгоценности и пистолеты. Немного подумав, взял свой родной глок и пистолет одного из моих павших конвоиров. На всякий случай два, так как на обоих патроны разные, и на обоих их не так уж и много.

Я надеялся, что мне больше никогда не придётся ими пользоваться, но…

Но почему ты их тогда не выкинул?

Знакомый голос, который так давно не слышал, вернулся, стремясь напомнить о себе. И о том, что со мной не всё в порядке. Видимо, он проявлялся при стрессах.

То есть даже говоря, что завязал, ты не отрицал того, что можешь вернуться?

Их насмешливый голос, казалось, раздавался за моей спиной. Обернись, и увидишь их. Но я знал, что это всё в моей голове.

Ты просто рецидивист, который рано или поздно вернётся к этому… Ты один из них…

Не было сигарет, чтоб заглушить их голос, а кричать очень не хотелось, когда вокруг тонкие стены. Вместо этого я спрятал всё обратно и буквально выскочил из своей квартиры, подальше от одиночества, которое плохо на меня влияло, под смех моих сестёр.

И едва не врезался в своего соседа напротив, что сам только что покинул свою квартиру. Я его видел несколько раз и мог сказать только то, что он ведёт себя как мужик. Не в плохом смысле этого слова. Простой, явно со смекалкой, не озлобленный. Ему было лет сорок или пятьдесят. Было видно, что его лучшие дни уже позади, и само его тело уже слегка иссохло. Морщинистое, обветренное и излучающее доброту лицо, словно у старшего наставника. А если верить татуировке на его бицепсе, которую я до этого видел, он ещё и служил в своё время где-то.

— Воу-воу, потише, сосед, — усмехнулся он, когда я едва не врезался в него. — Летишь, как призрака увидел.

— Прошу прощения, — пробормотал я.

— Да не парься, — отмахнулся он. — Просто не сшиби старого.

На этом наш недолгий разговор закончился, и мы вдвоём спустились вниз. Вышли и остановились около подъезда.

Мужик, достав сигарету, довольно эффектно закурил её от пальца. Хорошенько затянулся, как если бы это была его последняя сигарета, и выпустил облачко дыма, чем вызвал у меня зависть — мои запасы давно закончились, и пока денег пополнить их не было. Глядя на него, у меня едва давление не поднялось.

Видимо, мои глаза красноречиво описывали мои желания, так как, глянув на меня, он усмехнулся и протянул сигарету.

— Не молод ещё курить, парнишка? Тебе сколько, шестнадцать-семнадцать от силы?

— Спасибо большое, — выдохнул я искренне, после чего, прикурив от его пальца, затянулся. Почувствовал… не знаю, удовлетворение, словно почесал зудящее место, и какое-то неожиданное спокойствие на душе. И сердце перестало частить, и беспокойные мысли вместе с голосами будто остались позади, на том этаже. Рефлексы, чтоб их…