— Валет — хорошая карта, — кивнул Шейд и похлопал себя по двойному подбородку. У него был открыт туз. Шейд подтолкнул к центру стола деньги и сказал:

— Согласен.

Билли Рэй сделал строгое, непроницаемое лицо и подмигнул девушке, стоящей за спиной Шейда среди зрителей. Она напомнила ему Нону. Может, задница у нее и не такая соблазнительная, но во всем остальном очень мила.

У Томпсона одна тройка лежала картинкой вверх и еще одна была в руках. Если у Слейтера валеты, то…

Билли Рэй деланно пожал плечами и, не говоря ни слова, положил деньги в банк.

— Все играют? — прогудел Флиндерс. — Прошу внимания, сдаю следующий круг. — И он раздал карты рубашкой кверху. — Валет делает ставку.

— Прекрасно, второй раз, — с улыбкой произнес Слейтер, — чтобы вам было удобнее, еще пять сотен.

— Вот сукин сын! У него три валета! — проворчал себе под нос Шейд, хмуро поглядывая на Слейтера; он очень внимательно рассматривал свои карты, почти целиком спрятанные в толстых ладонях, потом кинул деньги в банк. — Ну и дурак же я, таких еще поискать.

Билли Рэй задумчиво смотрел на тройку и короля. Флиндерс только что перетасовал карты, и большая часть колоды еще находится в его длинных, тонких пальцах. Никто из игроков не получил ни разу за много часов три карты одного типа с первого захода — с первых трех карт. Во всяком случае, по ставкам этого было не видно. А сейчас? Вдруг у Слейтера сейчас есть эта тройка?

Билли Рэй кивнул в знак согласия и тоже поставил пять сотен, снова улыбнувшись девушке.

Флиндерс сдал ему еще одну тройку.

Три тройки.

Билли Рэй долго изучал их, словно надеялся, что случится чудо и тройки превратятся в дам или королей, и опечаленно вздохнул, когда ничего подобного не произошло. Слейтер вертел в руках деньги. Уголок рта у него время от времени подергивался, и Билли Рэй, отметив это, порадовался в душе.

— Тысяча, — все так же спокойно проговорил Слейтер и кинул пачку денег на середину стола.

— Так я и знал, валеты у него! — Шейд сложил свои карты.

— Надеюсь, что нет, — отозвался Билли Рэй. — Но даже если так, то мне не хватает только семерки, чтобы собрать стрит. — Он лучезарно улыбнулся Слейтеру и отсчитал купюры. — Поднимаю еще на тысячу, дружище Слейтер.

Тот часто-часто заморгал, снова посмотрел в свои карты, потом, словно желая удостовериться, проверил ставку, помедлил, не убирая руки от денег, и опять заглянул в свои карты.

— Согласен. И еще поднимаю.

— Не пугайте меня, — сказал Билли Рэй, делая вид, что волнуется.

— Поднимаю на пять тысяч.

— Ох ты черт!

Шейд захихикал:

— Говорил же, есть у него эти валеты! Да, похоже, даже не тройка, а каре!

Билли Рэй вздохнул и печально покачал головой.

Осталось получить еще одну, последнюю карту.

— Мне нужна семерка… или двойка.

— Ваше слово, мистер Томпсон, — мягко напомнил Флиндерс. — Мистер Слейтер поставил пять тысяч.

Билли Рэй еще раз тяжело вздохнул и медленно отсчитал пять тысяч.

Чарли Флиндерс посмотрел на Слейтера, тот кивком указал на колоду. Флиндерс сдал по последней карте.

Томпсону досталась пятерка. Уголок рта Слейтера опять дернулся. Этот мелкий ублюдок наверняка блефует!

Или нет?

Флиндерс аккуратно выровнял карты в колода и положил ее перед собой, скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула.

— Валет начинает.

Губы Слейтера превратились в тонкую линию.

— Ну хорошо, по пять тысяч, и открываемся.

Он метнул взгляд на Томпсона и бросил в банк деньги. Рот опять задергался.

— Боже мой, — пробормотал Билли Рэй и закатил глаза. Он скрючил пальцы на ногах под столом и изобразил на лице страдание. — Как я не люблю, когда меня размазывают по столу!

В комнате воцарилась мертвая тишина. Билли Рэй чувствовал, что взгляды всех присутствующих устремлены на него. Девица, которой он все подмигивал, смотрела на него огромными круглыми глазами, полуоткрыв рот. Уорд Слейтер был похож на старого опоссума, забившегося в нору и высунувшего наружу лишь черный нос.

— Играю, — сказал Билли Рэй уже уверенным тоном и шлепнул пачку денег об стол, — и поднимаю ставку… — Он бросил взгляд на соперника. И очень вовремя, потому что успел заметить тень удивления на лице Уорда Слейтера. — Еще десять штук.

По толпе пронесся вздох, прошелестела волна шепота.

Билли Рэй добавил свои десять тысяч в банк.

Кто-то из зрителей сказал:

— Похоже, он получил-таки свою семерку.

Слейтер закашлялся и с трудом перевел дыхание.

Он смотрел в свои карты, кусал губы, и тик у него то возникал, то проходил. Он вперил тяжелый взгляд в лежащую перед Томпсоном тройку. Затем набрал в грудь побольше воздуха, отсчитал десять тысяч, улыбнулся и положил их в банк.