Такую мощную, что меня просто с ног снесло. Я саданулся на спину, кувыркнулся, и, вскочив на ноги, застыл в недоумении.

Ярости будто и не было. Сила не распирала мои мышцы, огонь не клокотал в крови. Эта дрянь просто потушила моё пламя!

— А может, ты и вправду не Хмарок? — кикимора поставила когтистую лапу на голову Креоне, угрожающе подняла один коготь, — Огнём балуешься, смотрю. Хочешь, чтобы броссы вспомнили о тебе?

Я вновь призвал Тьму. И снова пламя влетело мощным выхлопом в кровь, распаляя природную ярость. Порву эту мразь! Разорву в клочья голыми руками! Да я её в кромешный вихрь…

Мощный душ, сбивший меня с ног, опять всё затушил. Упав, я перекатился и, ошарашенный, сел на задницу. Чего-то я даже и не понял. Как-то это нечестно.

Что за продрись небесная? Эта болотная дрянь просто тушит мою всесокрушающую ярость!

— Ну, раз ты не Хмарок, — кикимора оскалила пасть в улыбке, — То всё будет даже проще. Я не знаю, кто ты, но просто тебя убью, и восстановлю равновесие.

Она склонилась над чародейкой и длинным зеленоватым языком лизнула той лицо. В траве заворочался кто-то, послышался стон Виола. Слава Бездне… то есть, Небу, он ещё жив.

— На всякий случай я убью всех. Кто-то же из них призвал тебя?

Можно было попытаться убежать, а смерти барда и чародейки дали бы время. Не смеши, Всеволод.

Надо что-то делать… Мать-Бездна, кстати, мне эту тварь тоже убивать нельзя? Я подобрал под себя ноги, готовясь к атаке.

— Убери от неё лапы…

— А то что?

— Может, тебе всё же интересно, кто я? — процедил я сквозь зубы.

— Нет, — кикимора игриво высунула язык, слизывая кровь с волос стонущей Креоны.

Надо спровоцировать её. Да так, чтобы она в ярости сразу забыла про всех вокруг. Ведь если я прыгну, она убьёт Креону одним движением когтя. Что-то надо было делать…

В третий раз наступить на грабли я решил сам:

— Кстати, у Сияны-то это…

— Что? — насторожилась кикимора.

Я буркнул первое, что пришло на ум:

— А груди у неё аппетитнее будут! Не зря все про её персики говорят…

В горле кикиморы заклокотала тихая ярость, она зашипела, но с места не сдвинулась.

— Думаешь, я настолько глупа? Ты же сказал, что ты не Хмарок!

— Да Хмарок я, или Хморок, какая разница, — спокойно встав, я приветливо махнул рукой, — Давай, спускайся сюда, Мавша, любовь моя, и спокойно поговорим.

— Смешно, — хихикнула кикимора, — А чем докажешь, что ты — Хмарок? Мне вот кажется, что ты залётный мессия, равновесие решил нарушить.

— А как доказать? — я нахмурился, — А то ты так и будешь твердить, что это не подходит, то не подходит… Что тебе нужно от Хмарока?

— Хмм… — кикимора убрала лапу с головы чародейки, потирая подбородок.

Улыбаясь, я сделал ещё шаг и нащупал под ногой копьё. Как хорошо, что бард везде разбрасывает своё оружие.

Может, попробовать обнять её и даже поцеловать? Прямо в крокодилью морду… Странная, конечно, богиня, но это будет удобный шанс вогнать в неё копьё.

— А где твой верный пёс, создание ночи? — вдруг спросила кикимора, — Хмарок, и вдруг без своего охранника?

Я подумал, что это — удобный момент. Конечно, у меня есть мой пёс. Сейчас я тебе покажу создание кромешной ночи, тупая твоя крокодилья башка.

В голове сразу же созрел план. Отвлечь её, ткнуть рукой на кусты позади, а потом вогнать копьё прямо в затылок. И насрать, что там мне запретила Бездна! Лишь бы успеть.

— Да вот же он, — улыбаясь, я вскинул правую руку, — Прямо в тра…

Договорить я не успел. Потому что из моей ладони вырвался сгусток кромешной тьмы. Небольшой, размером с кошку, он чёрной молнией чуть не воткнулся в шею кикиморе, и та едва успела отдёрнуть голову.

В полёте сгусток оформился в зыбкую щенячью тень, и мне даже послышалось тявканье. Щёлкнули сверкнувшие в черноте белые клыки, и сгусток исчез в траве, даже не поколебав ни единого стебля.

— Воу… — я, ошарашенный, уставился на правую руку. Ого, и пятно как раз исчезло.

Сгусток Тьмы, который тявкает? Ну, я знал одно существо, похожее на пса… Страшнейшее исчадие из глубин Тьмы, приручить которое было под силу только Первому.

— Цербер? — вырвалось у меня. Ну нет, не может быть. Такой маленький?

Я поднял взгляд и вздрогнул. Твою ж…

— Хма-а-арок, — протянула кикимора с улыбкой, которая не предвещала мне ничего хорошего.

Воздух подёрнулся, искажаясь вокруг твари, и где-то в другом измерении я увидел прекрасную девушку в полупрозрачном платье — её волосы очень напоминали струящиеся потоки воды. Она тоже смотрела на меня и она была в гневе.