– Как-то раз я вырезал ему лодку, – улыбаясь, рассказывал Бо. – Самую настоящую лодку, только маленькую. Из старого полена. Мой дед когда-то обучал меня резьбе по дереву, но я почти забыл, как это делается. Однако, как ни странно, лодка вышла на диво. Тайлер обычно брал ее с собой, когда купался в ванне, – он ведь обожал купаться… Не так, как другие мальчишки. Он никогда не капризничал… а лодка вышла как настоящая. Она даже плавала! Представляешь? Лодка, которую я сделал собственными руками!

Джордан крепко сжала его руку.

– Жанетт сделала для нее парус из носового платка, – улыбаясь, продолжал Бо. – Только Тайлер его забраковал. Дескать, какой же это парус, если на нем кружева. Какие там кружева – так, узенькая полосочка по краю, но Тайлер уперся – и ни в какую! Мол, с таким парусом лодка вышла девчоночья.

Бо снова рассмеялся, вспомнив ужас и негодование Жанетт и неподдельный восторг Тайлера, когда он испортил пару хороших джинсов: обрезав их по колено, Бо из двух кусков парусины смастерил джинсовые паруса к лодке сына.

– Ну, будете заказывать? – нетерпеливо проворчала официантка. Они так увлеклись, что даже не заметили, как она появилась – словно выросла из-под земли с блокнотом и карандашом наготове.

– Еще минутку, пожалуйста, – спохватилась Джордан. И с виноватой улыбкой потянулась за меню.

– Ну а ты, парень? Надумал что-нибудь? – Официантка, негодующе фыркнув, повернулась к Бо.

– Мне, пожалуйста, жареных цыплят с кукурузой и картофельным пюре – только, пожалуйста побольше подливки. Потом сухарики, лимонад и на десерт кусочек орехового пирога, – на одном дыхании отбарабанил Бо.

Джордан удивленно подняла на него глаза.

– Но ты ведь даже не заглянул в меню… – озадаченно протянула она.

– А мне и не нужно, – хвастливо пожал плечами Бо, чувствуя, как его переполняет радость. Он словно вернулся в детство. – Ты думаешь, я просто так тебя сюда привел? Это же старая добрая закусочная, каких полным-полно у нас на Юге. Да, да, именно так! Небось ты уже забыла, что имеешь дело с парнем из южных штатов?

– Знаешь что? От всего перечисленного тобой у меня просто слюнки потекли. Так что закажу-ка я, пожалуй, то же самое. – И Джордан захлопнула карточку меню.

Фыркнув еще раз, официантка ушла на кухню. А Бо и Джордан с улыбкой переглянулись.

«А здорово вот так сидеть с ней за столом и переглядываться, – мелькнуло вдруг у него в голове. – Вот если бы так было всегда…»

Мысль эта вспыхнула у него в голове и тут же погасла, оставив после себя чуть горьковатый дымный привкус сожаления. «Чушь какая-то, – одернул себя Бо. – Тогда я просто хотел ее, потому что…» А кстати, почему?

«Господи, да на это есть тысячи причин», – сердито подумал он.

Во-первых, она потрясающая женщина.

Во-вторых, она умеет готовить овощное рагу ничуть не хуже, чем его покойная бабушка, светлая ей память.

В-третьих, его влекло к ней – влекло, как ни к одной женщине. Такого не случалось с ним с того времени, как не стало Жанетт.

В-четвертых, когда они были с ним – она и Спенсер, – он снова был счастлив. Время словно повернуло вспять. Это было почти то же, как если бы у него снова была семья.

Вот и все!

Наверное, ему не следовало желать ее. Ведь даже тогда, накануне урагана, Бо прекрасно отдавал себе отчет, почему его тянет к этой женщине с такой неудержимой силой.

Дело тут было не только в ней.

Причина была и в нем самом.

Причина – в чувстве вины, которое все эти годы не оставляло его, и в попытке снова взять на себя ответственность за других людей.

В его страстном желании заполнить в душе пустоту, образовавшуюся после гибели Жанетт и Тайлера.

В жадном стремлении найти кого-то, кто бы смог их заменить.

В том, что он просто изголодался по любви…

– Что-то не так? – озабоченно спросила Джордан, вглядываясь в его потемневшее лицо.

– Что?.. О чем это ты? – встрепенулся Бо.

– Ты казался таким счастливым… и вдруг сразу помрачнел. Знаешь, так бывает, когда облако набегает на солнце, – вокруг все сразу становится таким угрюмым, безрадостным.

– Да нет… просто… вспомнил кое-что, – запинаясь, пробормотал Бо.

– Да? И что же именно? – Джордан посмотрела ему в глаза, ожидая ответа.

«Да, вспомнил, – хотелось ему сказать. – Вспомнил, почему не имею права и дальше морочить тебе голову. Почему обязан положить как можно скорее этому конец».