Любит он! Заврался в край.

Увидев меня, сразу отключается, прячет смартфон в карман, окидывает внимательным взором и улыбается, счастливо искрясь.

Одет по последней моде. Денег на свой вид точно не жалеет. Это я пришла в спортивном, хоть и брендовом, костюме и угах. Холодина на улице.

— Какие люди и без охраны,- острит Гроу.- Владимир Николаевич самый лакомый кусок для меня припас — восходящую западную звезду из Европы выписал. Приятно…

— Губу закатай! Я здесь только по личной просьбе дяди Вовы, а не для потехи твоего самомнения — язвлю в ответ.

Дружественный тон при разговорах по телефону сразу улетучивается, как только мы встречаемся в одном пространстве. Атмосфера накаляется. И беседа его с какой-то «малышкой» жутко напрягает.

— Не думал, что вот так встретимся. Я скучал…- меняется его тон на мягкий.

— Слышала я только что, как ты скучаешь.

— Вот ты где!- врывается дядь Вова и прерывает наш разговор.- Где ты шляешься?

— В туалет ходил. Нельзя?- защищается парень.

— Мог бы и потерпеть. Можем начинать.

— Чтобы ты не думала, я правда очень скучал, — тихо говорит Алекс, когда мы подошли к микрофонам.- Вот ведь пути господни неисповедимы…

— Да уж…

— Кто бы мог подумать, что фортуна повернется таким боком, и мы будем петь вместе. Правда?- ухмылка не сходит с его лица.

— Ещё бы, не думала, что так низко упаду…

Петь дуэтом у нас не получается. Гроу всё время ложает. Хочется его придушить. Мы здесь уже шесть часов бьёмся, но всё без толку.

— Идиот, ты без автотюна вообще в ноты попадать можешь?- выводит меня из себя.

— Ну, извините, я, как вы, консерваторий не оканчивал,- зубоскалит в ответ.- Не могу я такие высокие ноты брать.

— Да ты никакие не можешь! Кто тебя только слушает?!- шиплю на него.- Я тоже, между прочим, консерваторию не оканчивала, уроки вокала никто не отменял.

Придурок психует, бросает микрофон и уходит, на звонки и сообщения не отвечает. Дядя Вова рвёт и мечет, обещая выкинуть с волчьим билетом и, что сучонка никуда больше не возьмут. Да этот псих и один не пропадет с такой армией поклонниц!

Заявляется часа через три, ничего не говоря, подходит к микрофону и делает всё как надо. Перебесился видимо. Или сообщения прослушал.

— Довольна?- со злостью в глазах смотрит на меня.

— Вполне. Только так надо ещё раз десять, чтобы завтра не опозориться на концерте. Сможешь?

— Смогу,- расплывается в сумасшедшей улыбке.

Точно ненормальный! Ему определённо в дурдоме прогулы ставят.

Вечером проводила Мишку в аэропорт, улетел к родителям, через неделю прилетит в Лос-Анджелес, а сама решила прогуляться по Москве, благо на улице потеплело. Город сверкающий миллионом лампочек и толпы людей на улицах. Давно я, просто так, не ходила нигде пешком. Всё время куда-то спешу, бегу, еду. Не могу позволить себе остановиться и постоять.

На ужин захожу в ресторан крестного — полгода назад открыл. Шикарное местечко, чувствуется люкс. Думала меня с моём наряде, спортивный лук, не пустят, но нет.

Хорошо и вкусно кормят.

Я как раз начинаю есть свой стейк, когда в кресло напротив плюхается Алекс. Кусок застревает в горле.

После концерта его хотелось убить ещё больше.

По сценарию в конце песни он должен был изобразить желание поцеловать, а я оттолкнуть. Но этот идиот меня реально поцеловал, впился в губы, как пиявка. За кулисами пришлось отвесить ему хорошую оплеуху. Только это вряд ли на него подействовало, стоял и смеялся, потирая щёку.

— Что тебе надо?- внутри расползается раздражение.

— Два дня назад ты лишила меня секса, так что ты мне должна,- совсем охренел.

— Кулачком поработаешь. И вообще такой скорострел, как ты, за те три часа, что тебя не было, мог бы и успеть.

Он только надменно ухмыляется, пропуская мою колкость.

— Я хочу записать с тобой песню,- идёт напролом.

— А я нет,- отрезаю кусочек мяса.

— Тогда я не уйду, пока не согласишься,- стягивает с моей тарелки помидор.

Где таких борзых делают?!

— Я не собираюсь с тобой снова петь, ты же бездарность!

— Многие с тобой не согласятся,- стаскивает ещё кусочек моего блюда.

— Твои поклонницы текут от смазливой мордашки и хорошего пиара.

— Значит, ты признаешь, что я красавчик,- пошленько улыбается и снова тянется к моей тарелке, но не успевает.

Я перехватываю его руку у запястья и ставлю на неё нож.

— Ещё раз возьмёшь еду с моей тарелки, я из твоей руки шашлык сделаю,- смотрю на него свирепым взглядом, надавив немного на ножик.