Сельванна больше не хлюпает носом, только краснота и припухшие глаза напоминают, что плакала.

— Я воды принесу,- подрываюсь, вспомнив, зачем мы спустились ко мне.

— Аха…

Вернувшись со стаканом из кухни, застаю её у моей домашней студии, на которой я демки пишу, если вдруг муза придёт. Или музыку слушаю. Вот в моём плейлисте она что-то и ищет, включает клавишные.

Я молча наблюдаю за ней в сторонке, привалившись плечом к стенке. Заиграла песня, я под неё тут столько прострадал, что вспомнить страшно.

Это её любимая группа.

Пальчики Сэл нажимают на клавиши, оживляя звук.

— Днём и ночью жду одна у окна, но ты снова не приходишь… Третий день без сна, на кого ты с любовью смотришь? Я не верю, что тебя не обниму, не прижмусь к тебе ночью, что не утону, что не утону я в твоих объятиях больше…

Отходит от инструмента и ее, словно невидимая сила швыряет в стену.

— Сэл!- бросаюсь к ней, поставив стакан с водой на пол. Она уже сползла по стенке вниз.

— Без тебя мои крылья сломаны, намертво скованы… Медленно, до земли падаю, ты лови, я в твоих руках… — продолжает петь, опять заливаясь слезами.

— Малышка, ну ты чего?- обхватываю её лицо.

Меня рвёт от того, что ей плохо. Защитить, укрыть, спрятать от всего — вот первое желание.

— Не называй меня так,- рычит сквозь слёзы, пихая кулаками в мои плечи.- Ты своих блядей так зовёшь,- хватает за руки и пытается их убрать.

— Нет никаких блядей, кис,- меняю на привычное.- Я ни к кому не ездил и даже номер заблокировал.

— Другие будут… Они у тебя всегда были.

— Да, я не святой. Прости за это… Но тебя больше года не было.

— Не оправдывайся,- становится отрешённой и отворачивается.- Я тоже не недотрога…

Догадывался об этом, но, пиздец, как выворачивает от одной мысли, что к ней кто-то прикасается. Только предъявлять ей что-то или требовать — я не имею права. У нас даже намёка на отношения нет.

Сажусь на пол, вытягиваю ноги, затягиваю её на себя. Она садится лицом ко мне, обхватывает ногами, обнимает за шею и утыкается носом в моё плечо.

Я расплетаю её волосы, они тяжелым водопадом падают мне на колени. Пальцами перебираю, успокаиваю мою девочку.

— Ты пахнешь как папа,- втягивает глубоко мой запах и прижимается сильнее.

— Я не специально. Парфюм понравился…

— Не меняй его, ты должен пахнуть именно так,- ведёт кончиком носа по моему подбородку.- Такой запах только у родного человека.

Сжимаю её крепко, теряя голову от этих слов. Внутри что-то подпрыгивает и ударяется в горло и мне хочется поплакать вместе с ней. Но я не могу позволить себе расклеиваться, ей нужен рядом кто-то сильный, а не тряпка половая. Тот, кто сможет утешить, сказать какая она милая и красивая, не смотря на то, что по лицу размазана косметика.

— Я люблю тебя…- тихо шепчу ей на ушко.

— Я знаю. Но разве люди могут любить так долго тех, кого нет рядом?

— Люди могут любить всю жизнь и никогда не видеться.

— Это ужасно, Алекс…- отстраняется и смотрит мне в глаза.- Тебе же больно…

— Больно… Но я стараюсь терпеть.

Пальчики Сэл скользят мне в волосы, разминая затылок, она начинает мурлыкать.

— Нет. Не надо,- закрываю ей рот рукой.- Я не хочу уснуть как в прошлый раз от этой песни сирены.

— Сирены…- выдавливает грустную улыбку.- И ты туда же…

— Ты о чём?

— Неважно. Вспомнила тут кое-что. Глупость это…

Она касается пальчиками моего лица, изучает каждый сантиметр. А я от её прикосновений улетаю куда-то, закрывая от удовольствия глаза, урчу.

— Породистый котик,- шепчет в губы.

Я ловлю её губы и совершенно теряют контроль от того, как она держит моё лицо ладонями. Руками с силой вжимаю стройное тело в себя, показывая, что она желанна.

Где-то на фоне включается трек, заводящий меня и заставляющий даже губам двигаться в ритм. Бёдра Сэл начинают на мне выплясывать восьмёрку. Это так эротично, что я издаю стон. Член под ней рвёт одежду. Он так хочет эту девочку, что скоро задымится.

Беру её руку и кладу на него. Заигрывающе ведёт по нему ноготочками, царапает.

— Фссс…- сжимаюсь от резкого болевого спазма.

Рука Сэл проникает под резинку штанов и сжимает горячую головку. Мне словно неожиданный удар в голову прилетает, в глазах темнеет. Освобождает его. Нежно пальчиком по уздечке, и я на грани потерять сознание. Размазывает выпущенную мной смазку по плоти, сжимает руку и двигает ей.

Меня ломает так, что я с грубостью впиваюсь в её губы, на что получаю врезающимися в мой член ногтями.