– Видеть их не могу, из-за них всё!!! – вынырнула я из своих размышлений. – Отец не смог выдержать, сломался, запил и забросил кузню. А потом и следом ушёл, зачах без мамки, - слёзы потекли по щекам здоровенного парня.

Мы подорвались, подсели с обеих сторон и бросились высказывать соболезнования.

– Как же ты справляешься? – поинтересовалась сестра.

– А я и не справляюсь, - опустил он голову, обхватывая её двумя руками. – Я ушёл в Академию и оставил сестру с маленькими. Её жалко, но видеть их не могу.

– Дети не виноваты ни в чём, - взяла его за руку, пытаясь посмотреть в глаза. – Кто угодно, но не дети.

Приняв решение, подозвала разносчицу, удвоила заказ, добавив в него молока, если оно есть в наличии. Попросив всё завернуть с собой, обернулась на замолчавшего парнишку. (По-другому воспринимать его у меня не получается. Наверное, подняла голову Мать, желающая накормить и обогреть всех детей.)

– Что замолчал? Пойдём знакомиться с твоей семьёй, только дождёмся заказа.

– Я не знаю, как в глаза им смотреть, - прошептал Кир. – Когда я принял решение и отрезал себя от остальных, уговаривая, что всё равно не приношу в дом деньги и лишний рот никому не нужен, было просто. А в Академии стало ещё легче, будто внешние заботы меня не касаются, и требуется только учиться.

– Ты вообще красавчик! – с иронией произнесла я. – А сестре твоей как? Не тяжело? Я правильно понимаю, что все заботы о малышах с рождения она взвалила на себя?

Собеседник кивнул.

– А остальные? Ты вроде говорил о трёх братьях? Неужели предоставлены сами себе?

Последовал второй кивок. Дашуня сидела молча, хмурясь. Ей эта ситуация тоже не нравилась.

«Что было бы, не обрати Маша на него своё внимание?» - уловила я отголоски мыслей сестры.

«Возможно несколько смертей, но от его сестры тоже кое-что зависит. Она могла отвести и сдать детей в специальные дома, тем самым спасти им жизнь».

Кир вскинулся, глядя на нас ошалевшими глазами.

– А вдруг она уже это сделала? – подорвался он бежать.

– Сиди, сейчас возьмём еду, извозчика и поедем. Всё равно мы быстрее доберёмся, чем пешком. Если это уже случилось, то ты опоздал.

– Всё из-за них! Если Ксанка отвела Ральфа и Тони в специальный дом, а этих двоих оставила, то я ей никогда этого не прощу, - в сердцах воскликнул Кир.

– Ты в своём уме? – психанула уже я, надоев слушать одно и то же про малышей. Эти дети виноваты в том, что твой отец не сумел удержать в штанах своего дружка и полез под юбку матери? Или может, они виноваты в том, что лекарей в Столице не хватает и им просто не хочется возиться с тёмными? Или в том, что твой отец сдался и не подумал о своих детях, уходя к любимой? – уже шипела я ему в лицо. – Настругать настругал, а кормить, кто будет? Вы хоть немного, но видели своих родителей, узнали тепло материнских рук, они же с рождения лишены этого. А тут ещё и ты со своей ненавистью, - выплеснула я на парня скопившийся негатив. – Если при мне, ещё хоть раз плохо о них скажешь, ударю. И не посмотрю ни на что, - закончила тираду.

Благо уже принесли еду и, расплатившись, мы засобирались и ответа от Кира не требовалось.

Даша поймала извозчика, а я стояла и диву давалась. Вот ведь как складывается. Кузнец большой сильный, а морально сломался. Его сын тоже убежал от проблем, перевесив их на плечи сестры.

Загрузившись в карету, Кир продолжил разговор, судя по всему желая реабилитироваться в моих глазах.

– Вы не подумайте, я все деньги оставил. Папины заказы доделал, и всё что платили, отдал Ксанке. Погреб полон, я не бросал их на голодную смерть.

– Ну, ты конечно герой! – съязвила я.

Обида за незнакомую девчонку, до сих пор бурлила у меня в крови, не желая успокаиваться.

– А подумать, и понять, что твоей Ксанке, за постоянными заботами о двойняшках, некогда ходить на рынок? Не судьба? Или, по-твоему, она детей на братьев оставлять должна? Сколько им лет?

– Пять и восемь. Можно и оставить, Тони почти взрослый.

– А вам? – задала вопрос Даша, пытаясь увести разговор в другое русло.

– Мне семнадцать, а сестре шестнадцать. На следующий год можно выходить за мужа.

– Ха! Мне интересно, кто её возьмёт, с таким то прицепом. И как я поняла, она более полугода занимается вплотную детьми и домом. Где мужа искать?

Кир стушевался, видимо не думал ранее об этом.

– Скоро год будет, как она с подругами не гуляет, - произнёс печально через некоторое время он.

– Вот! – указала я пальцем. – Или собой пожертвует ради детей, оставшись вечной мамочкой, или выйдет за нелюбимого, продавая себя подороже и опять же жертвуя собой. Ведь я права, что у вас подворье большое и раньше вы жили в достатке?

– Да, - не понимая, к чему я клоню, вопросительно взглянул на меня парень.

– Женихи могут всякие прибиваться. Кто проверять и отгонять их будет? Поверит, какому-нибудь, и прощай жильё. Придёшь с Академии, не братьев, не сестёр на прежнем месте не отыщешь, - нагоняла я жути. – И жить будут другие люди, которые о вашей семье и не слыхали.

– Да понял я, понял, что поступил необдуманно, но как же теперь быть? В Академию прошёл, а учиться не смогу?

– Почему не сможешь? Учись на здоровье.