Я облегченно выдохнул, утерев выступивший пот со лба.

– Будет вам и мороженка, и этот шулес-мулес.

– Курдюс в жуле из пятнистых грибов!

– Точно, – я притянул к себе за ухо кое-как успокоившегося Фриса, и, получив удовлетворительный ответ, загадочным тоном пообещал. – И еще кое-что. Сюрприз от лучшего в мире клан-лидера.

– Правда? – мгновенно возбудились девчонки, расплывшись в предвкушающих улыбках и волчками завертевшись вокруг меня. – Какой? Какой?

– На то он и сюрприз, узнаете на «Везунчике».

Как веснушки дотерпели не знаю, но ужи мне прожужжали основательно. А потом еще и оглушили визгами, когда получили на руки рукояти своих световых мечей. Умничка Нова специально закрепила их у себя на поясе с остальными, чтобы никуда не делись. Только в падении рукоять, принадлежавшая Алеку, несколько поцарапалась, но, думаю, он не сильно расстроится. Все равно отдавать ее ему мы не планировали.

Оставив девчонок возиться со сборкой новых световых мечей, благо все необходимые компоненты, не считая кайбер-кристаллов, у меня на корабле имелись, я отправился в медблок. Где едва не был сбит с ног зеленым ураганчиком, повисшем на моей шее и рассыпающимся в слезных оправданиях. Пришлось успокаивать, попутно бросая виноватые взгляды на камеру с бактой, где в дыхательном респираторе плавала обнаженная и бессознательная Нова. Рана на боку выглядела ужасно, вызывая острое чувство вины за случившееся.

Если бы только не хаттов Зов Силы! Из-за него я чуть не погиб, и вынудил вмешаться Лану с Новой, что едва не привело к смерти последней. К счастью, кризис уже миновал, я чувствовал это через Силу. Но все равно, угрызения совести были столь сильны, что я не выдержал вида твилеки и выскользнул в кают-компанию, оставив ее на попечении Ланы. Им было о чем поговорить, даже если Нова ничего не слышала и не могла ответить. Джедаям не обязательно нужны слова, чтобы понимать друг друга.

Усевшись и погрузившись в Глубокую медитацию прямо на полу мед-блока, Лана сосредоточилась на исцелении через Силу. Подходящего дара у нее не имелось, но кое-какие базовые знания Кара смогла ей передать. Их вполне хватило, чтобы ускорить процесс выздоровления Новы в бакто-камере со встроенным хирургическим модулем. Он работал, когда я пришел, и продолжал после, работая юркими щипчиками-манипуляторами, латающими края жуткой раны Новы. Основную часть хирурги сделали на операционном столе еще до моего возращения, удалив сожженные световым мечом ткани. Так что теперь дело за творящей чудеса бактой и самой Новой, изо всех сил цепляющейся за жизнь.

Сейчас врачи уже ушли, оставив после себя планшет с рекомендациями. С ними я решил ознакамливаться, устроившись за барной стойкой в камбузе и прикладываясь к бокалу с бирюзовым тониреем для снятия стресса.

Поставленный Нове диагноз оптимизма не внушал, обещая длительное восстановление в бакто-камере и еще минимум пару месяцев последующей реабилитации под надзором врачей в клинике. До тех пор транспортировать Нову куда-либо категорически запрещалось, чтобы не вызвать еще большей угрозы здоровью. Причем нельзя во всех смыслах. Не только переносить бакто-камеру, но и самому «Везунчику» куда-то лететь, чтобы микро-вибрации при взлете и посадке не помешали работе хирургического модуля. Аппаратура эта тонкая и чувствительна даже к малейшим внешним воздействиям.

К вопросу, какого хатта тогда Нову сразу не перенесли в клинику, ответ дала Джун. Оказалось, что полет сюда уже едва не стоит девушке жизни. Когда врачи взошли на борт, она уже не дышала, и им пришлось буквально вытягивать ее с того света. Слава Силе, успели, а потом сразу поместили с бакто-камеру. Фрис позаботился, чтобы на упавшая на счет клиники круглая шестизначная сумма обеспечила больной наилучший уход.

От всего сердца поблагодарив брата, я отодвинул планшет в сторону и начал удивленно размышлять над дальнейшим ходом событий. В свете новых вводных «Везунчик» уже точно никуда не полетит. Лану, думаю, тоже не составит труда убедить остаться здесь. Она искренне переживает за Нову и не сможет бросить ее в такой момент.

Мне же, как бы не было тяжело на душе, придется отбросить чувства и вернуться в суровую реальность. Могру ждать не станет, а я уже потерял полдня, пока пускающим слюни овощем валялся в медкапсуле. За это время в Храме уже вовсю начала бурлить окопная война, а звездолет с пленниками и Могру усердно топит на пути к Ондерону. Если не хочу фатально отстать, вылетать нужно прямо сейчас.

– Есть один вариант, – предложил Фрис, не дав мне сорваться с крайности и начать искать ближайший доступный к покупке звездолет на внутрипланетарной торговой бирже. – Угадай, кто сейчас разгружается на орбитальной станции и просто жаждет подбросить нас до Ондерона?

Подойдя к терминалу, я вчитался в строки входящего сообщения.

– Да ладно! Митина?

– Сам в шоке. По последнему отчету от Съяна у нее следующий рейс должен был на Тайтон зарезервирован.

– Соединяй, – обреченно махнул я рукой, мысленно готовя нервы к очередному великому испытанию.

Сколько там до Ондерона пилить? Сутки? Уф, ужас. Надеюсь, она хотя бы не одна, а с командой. Такого ушного прессинга на наши с Фрисом многострадальные тушки будет явно многовато.

– Пассажирский шаттл «Кор-СТ-872» «Бегемоту»: запрашиваю стыковку по правому борту.

– Запрос подтверждаю, восемь-семь-два, – отозвался пилот корабля Митины. – Смотрите не поцарапайте моего красавца своим костлявым задом.

– Только если «Бегемот» втянет пузо.

По ту сторону динамика послышался отчетливый смешок, растянув мои губы в довольной усмешке. С легкой подачи оброненное когда-то на Дорине прозвище прижилось, определив дальнейшую судьбу неповоротливого грузового тягача, ныне переданного в полное владение Митины и ее команды.