Сколько раз впоследствии эта мысль заполняла всё его существо, вела вперёд, заставляла принимать те или иные решения. Вот Юту схватили люди Лэнса. Они запихивают её в черную машину, и сердце Корта перестаёт биться, когда он понимает, что может больше никогда её не увидеть. Кажется, именно тогда впервые пришло ясное и беспощадное, как свет Тауриса, осознание того, что он её любит, как не любил никого и никогда.

Затем первый поцелуй, смешанный с её солёными слезами. И дальше, и дальше. Каждый миг, когда он смотрел на неё, не в состоянии отвести глаз. Каждый её взгляд, жадно пойманный и бережно запечатлённый. Все эти мгновенья, такие бесценные. Каждое из них пронзало Корта насквозь нестерпимым блаженством и невыносимой болью.

Их последняя ночь под бурым небом, где больше нет света Солнц. Каждое её прикосновение, шёпот, взгляд. Всё это жило в сердце Корта, переполняя его. Смысл и цель его жизни.

— Два.

Глаза Корта метнулись к Юте. Девушка смотрела на него. Она лишь слегка хмурилась, в остальном её поза казалась спокойной. Только острый взгляд прожигал Корта, как будто Юта пыталась ему что-то сказать.

Изумрудные глаза горят ярче, чем пламя пожара. Каждая чёрточка лица такая знакомая, родная. Сильная, гордая, прекрасная, как никогда. Такая близкая и такая далёкая. Но не смотря ни на что. Моя.

— Тр…

— Стой! Хорошо! Я согласен! — Корт неосознанно подался вперёд, как будто собирался прыгнуть, закрывая её собой. Если бы только это было так просто…

Корт слышал гул голосов атлургов. Тревожный, недовольный. Ему было наплевать.

— Но ты должен пообещать, что не причинишь ей вреда и, если сумеешь открыть Город Богов, позволишь войти с вами всем людям, кто не будет сопротивляться.

Вандегрид улыбнулся.

Корт с жадностью ждал ответа. Он был раздавлен. Его жизнь была в руках этого человека и полностью зависела от его слов. Корт был жалок и сломлен. В один миг он сдался, подчинился своему злейшему врагу. Но он не жалел об этом. Ему было плевать, что о нём скажут. Плевать, что будущие поколения будут вспомнать его, не иначе как труса и предателя. Если будут спасены люди, если будет спасена она… То всё остальное не имеет значения.

Вандегрид выдержал длинную паузу. Он наслаждался состоянием и положением Корта. Тоном покровителя, снизошедшего до грязи под ногами, он ответил:

— Так тому и быть. А теперь все, кто готов пойти под мою власть, сложите оружие.

Атлурги стихли, не понимая, что делать. Они смотрели на Корта. На своего Командующего и Ругата, который всего пару часов назад совершил невозможное. Который был почти богом в их глазах. А теперь в один миг сдал их всех.

Все взгляды были прикованы к Корту, как вдруг над скалами разнёсся звонкий голос:

— Тебе не удастся выиграть такой ценой. Моя жизнь не станет разменной монетой в твоей игре.

Резким движением Юта сорвала с себя кулон и бросила с обрыва. Всё произошло так быстро, что ни Вандегрид, ни его люди не успели среагировать.

После нескольких мгновений могильной тишины, Вандегрид неистово закричал:

— Нет! Что ты наделала!

Одной рукой он схватился за волосы. В глазах было безумие, которое быстро перешло в бешенство. Он обернулся к своим командирам и заорал на них:

— Найдите мне этот кулон!

Его люди оглядывались в растерянности. Никто не двигался. Все понимали, что это невозможно, что кулон утерян.

Вандегрид обернулся к Юте. Его лицо исказила гримаса ненависти. В глазах пылала такая злоба, что, кажется, могла испепелить заживо.

— Ах ты дрянь! Ты поплатишься за то, что сделала!

Неожиданно Юта улыбнулась. Но улыбка была недоброй.

— Мы все поплатимся за то, что сделали. Так или иначе.

И она сделала шаг назад. Абсолютно беззвучно Юта упала с обрыва.

Наступила такая тишина, что можно было расслышать собственное сердцебиение. Даже буря смолкла на несколько мгновений.

Корт молча перевёл взгляд с обрыва, откуда упала Юта, на Вандегрида. Атлурги вперили в ругата изумлённые взгляды. Корт не замечал этого. Медленно он поднял над головой правую руку и резко сжал в кулак.

Вандегрид схватился за сердце. Из него торчала стрела. Правитель Лиатраса непонимающим взглядом уставился на свою грудь. Он попытался что-то сказать. Изо рта вытекла струйка крови, и он упал замертво.

Среди атлургов поднялся шум. Сперва непонимания, а вскоре ликования. Волной он распространялся по рядам войск, уходя дальше. Корт обернулся и посмотрел вверх. На противоположной скале из-за камня с луком в руках выступил Дар.

Атлург, стоявший рядом с Кортом, обратился к нему. Былое благоговение вернулось в глаза людей.

— Скажи, Ругат, это ведь не случайность?

Корт мотнул головой.

— У Дара сегодня был только один приказ: выследить Вандегрида и при возможности убить. Только он смог бы подойти к правителю незамеченным. И только Дар в условиях такой бури мог направить свою стрелу точно в сердце врага.