Само помещение оказалось перегорожено солидным прилавком из мореного дуба, за которым стояли массивные шкафы, распахнутые для обозрения всевозможного товара, который там находился. На одной из стен — целая коллекция клинков, большая часть из которых явно произведена не в этой мастерской. Я узнал аксумский меч-серп, известный как хопеш, и парочку похожих на него изогнутых ятаганов. Как они очутились в Невермуте — загадка. А вот висят несколько морских кортиков, тщательно отполированных, но явно старых. На клинках заметны щербины, которые уже не вывести заточкой, а рукояти пусть и новые, да еще обтянутые кожей — никак не изменят моего мнения: дерьмовое железо.

Краем глаза заметил в глубине лавки полутемную лестницу, ведущую на второй этаж. Там тоже горел фонарь, но очень слабо, лишь освещая лестницу, чтобы не навернуться с нее.

— Господа! — мы не заметили, как из-за крайнего шкафа вышел дородный, можно сказать, весьма пузатый и представительный дядечка с начавшей выпадать шевелюрой. На его крупном носу висели очки в тонкой проволочной оправе, опрятный сюртук украшали костяные квадратные пуговицы, отполированные до блеска и покрытые светлым лаком. — Чем могу быть полезен? Желаете что-то приобрести, продать или обменять? Ваша милость?

Он с надеждой обратил взор на виконта. Ним Агосто лишь отмахнулся:

— Я сюда зашел не для покупок. Надеюсь, мои друзья найдут здесь что-то полезное для себя.

— Нисколько не сомневаюсь, — кивнул лавочник. — Хотелось бы узнать предпочтения господ.

— Метательные ножи есть? — без всякого интереса спросил Рич.

— Вы говорите о халь-фаюмских клинках? — уточнил продавец, оживившись. — Дело в том, что подобные ножи в Дарсии почти никто не делает, кроме нас. Слишком специфичное оружие, которое популярно у боевых пластунов, но никак у мирного населения. Да и уметь надо им пользоваться.

— То есть, они у вас есть, и именно из Халь-Фаюма? — насторожился Рич.

— Ту партию из десяти ножей мы продали, но прежде всего по образцу изготовили свои, — продавец поправил очки, необычайно резво нагнулся и ловко извлек из-под прилавка сверток из парусины. Положил перед нами и торжественно развернул во всю ширь.

Мы склонились над ним, а Рич присвистнул.

— Узкий клинок с кинжальной заточкой, — пояснил продавец, зорко поглядывая на потенциального покупателя. — Можно использовать не только как метательный, но и как тычковой. Наши мастера намеренно сделали их простыми. Голая металлическая рукоять с отверстиями для облегчения веса, гарда от клинка отделяется небольшим понижением. Для ношения на бедре или предплечье можно отдельно приобрести специальные пояса. А так все десять ножей помещаются на обычном поясе с кармашками. Он идет в комплекте. Длина — восемь дюймов, причем на клинок приходится четыре дюйма. В общем, если вы умеете обращаться с подобными ножами — для вас они подойдут однозначно.

— Смутил, чертяка, — облизнул Рич пересохшие губы. — Где бы испробовать, а?

— Встаньте напротив окна, — толстяк стал похож на зверя, почуявшего кровь. — До противоположной стены десять шагов. Видите висящую на ней доску? Вот вам и мишень. Докажите, что достойны этих ножей, и я сделаю скидку.

— А какова их цена? — хмыкнул виконт, чувствуя подвох.

— Шесть золотых крон в комплекте. Отдельно не продам. Со скидкой четыре, и к ним подарок — подвес с кармашками.

— Думаю, для тебя такое приобретение будет кстати, — одобрил я товар. — Изуми человека.

Рич вытащил из свертка клинок, покачал его в руке, привыкая к необычной форме и балансу, неопределенно похмыкал и взял еще три. Вместе с ними отошел к окну, а я с виконтом занял безопасную позицию возле входной двери. Продавец тоже ушел с линии броска, опасаясь, что не воткнувшийся нож отлетит в его сторону.

Плохо он знает моего друга.

Бывший пластун подмигнул ему, на какое-то мгновение замер, опустив руку с ножом вдоль бедра — и четыре клинка один за другим, тусклыми росчерками пролетели через всю комнату и тяжелым стуком впились в толстую доску, причем, очень плотно, один к одному.

— А ничего так, неплохо, — с легкостью вырвав ножи из доски, Рич вернул их на место. — Сколько, говоришь, уважаемый? Четыре золотых?

— Да, Кеган Ардел никогда не бросает слов на ветер, — скрывая за восхищением разочарование своей оплошностью, что нарвался на профессионала, ответил толстяк. — Четыре золотых, сударь, и в подарок подвес. Все по чести.

Рич из собственного кошеля достал монеты и выложил их на прилавок. Без особого сожаления. Значит, эти ножи ему действительно понравились. Остался парень голым, можно сказать. Вон, кошель совсем тощий.

— А вы, мил сударь? — у них что, в Невермуте все так говорят? Любимая фраза? — Чего бы вы желали приобрести? — взгляд скользит по потертым ножнам кортика, на такую же невзрачную рукоять. — Могу предложить настоящий морской кортик Королевского флота. Сделан по эскизу с небольшими доработками для удобства.

— Боюсь, мой кортик не разрешит такой обмен, — улыбаюсь я.

— Считаете, что он из числа магического оружия? — в ответ весело скалится… как его… Кеган Ардел. — Смею разочаровать. Таких предметов уже нет. Все они собраны в одном месте и тщательно охраняются.