— Хм, — Андриан поерзал.

— Или ты тупой?

— Нет, не думаю. Котелок варит.

— Вот и славно. Товарищ мой, говорят, убил женщину. Девку.

— Ёп. Да, бывает.

— Сестра его говорит: он не мог. Сам он говорит, что не помнит ничего. А остальные твердят: мы ничего не видели.

— Брешут.

— Да, брехать может кто угодно из них. Или все сразу. Или кто-то говорит чистую правду. Неизвестно.

— Тогда не надо слушать никого.

— Вот это я и пытаюсь. Не слушать других, а смотреть на все своими глазами.

Андриан кивнул, Мурин продолжал:

— Все случилось здесь. Я это место увидел. Там в самом деле можно убить. Ограбить, снасильничать, и никто ничего не услышит и не увидит — все орут, все смотрят на столы. Можно незаметно прийти и незаметно уйти — там портьерами выгорожен коридор для прислуги.

— Ну так прислуга наверняка видела.

— Нет. Темень в этом проходе хоть глаз выколи, свет в щели пробивается. Лакей или официант мог услышать шаги, заметить фигуру — но подумал, что это другой лакей. Даже внимания не обратил. Они там носятся как угорелые. Особенно когда игра в разгаре.

— Товарищ твой что, кокнул и утек по коридору?

— То-то и оно. Когда дело открылось, то в буфетной лежала мертвая женщина и рядом лежал он. Пьяный, совершеннейшее бревно.

— Да, бывает. Я такие бревна кажный вечер развожу. А говорят еще, что с иностранного вина не упьешься, ха! Если родной беленькой лакировать, то запросто.

— Вот-вот. Он ничего не помнит о событиях прошлой ночи — и это может быть правдой. Но… Когда сестра его говорит, что он не мог убить человека, это тоже может быть правдой.

— Сестра-то красотка? — подмигнул Андриан.

Мурин отмахнулся, скорчив ему гримасу. Продолжил:

— Теоретически рассуждая…

— Че-го рассуждая?

— А. В смысле — может так быть. Я говорю о том, что возможно. Возможно, что там был еще и другой человек. Злодей, который убил женщину и воспользовался тем, что мой товарищ был в дупель. Теперь Прошин считает, что по пьяни ничего не помнит, но на самом деле…

— …на самом деле ничего и не было. Оболгали.

— Да. Или нет. Я не знаю. В этом вся соль.

— Прошин, значит, его звать.

— Только держи язык за зубами, — пригрозил Мурин.

— Да ща, пойду трепать направо-налево… Само собой!

— В общем, я ищу третьего человека, который там был, но не знаю, существует ли он. Был ли вообще? Может, и нет. Но возможность — допускаю.

— Хороший, видать, товарищ у тебя.

— Что?

— Говорю: похоже, что ты не сам-то больно веришь, что это товарищ твой кокнул.

— Я никому не верю. Товарищу в первую очередь.

— Разумно. А за что хоть он эту бабу кокнул?

— Хм, — Мурин потеребил ус. — Этот самый вопрос и мне не дает покоя.

Андриан кивнул:

— Некоторые бабу и ни за что порешить могут. Потому что под руку подвернулась.

Мурин вздохнул. Именно этого опасался и он, и даже сам Прошин. Колобок просто подвернулась под руку в припадке пьяной ярости, случайная жертва искалеченного войной разума. За то, что слабая. За то, что проститутка. За то, что женщина в мужском мирке игорного дома. Ни за что. Пришлось признать:

— Такое тоже возможно. Ну и переплет! — Мурин запустил обе пятерни в бакенбарды, потеребил щеки, шумно выпустил воздух. — Вопросы и вопросы, и ни одного ответа.

Андриан обернулся к лошади, поднял поводья, чмокнул. Лошадь махнула хвостом и плавно тронулась.

— Куда?! — крикнул Мурин в спину кучеру.

— Домой!

— Погоди!

— Скажи-ка, командир. Ежели товарищ твой бабу кокнул, повесят его?

Мурин поежился под шинелью:

— Или каторга.

— Все одно — человечья жизнь на кону. Тут голова нужна ясная — чтоб вопросы задавать дельные. Шабаш! Спать. Утро вечера мудренее. — Андриан свистнул, рысак наддал, заложил поворот. Коляска полетела по Невскому.

Мурин проснулся, как всегда, с тяжелой головой, с тоской на сердце: будто во сне случилось что-то ужасное. Но самого сна не помнил. Снилась наверняка схватка, то поле, которое не забыть, наваленные трупы в мундирах — окровавленных, изорванных картечью или совсем целых — казалось, солдат сейчас встанет и покрутит ус. Скользкие от крови груды мертвых. Мурин позвонил, у лакея спросил себе кофию, велел прислать своего слугу и подать платье. Провел по подбородку: бриться сегодня или нет? Делать визиты он не собирался. Дамское если только общество… Но от дам он хотел некоторое время держаться подальше. Мурин почесал подбородок и оставил все как есть.