Говоря о Поппи, Нечестивец не выпускал ее из виду. Вообще. Ублюдок чертовски заботится о ней. То, что она привлекательна, не помогает, а если ты поставишь кого-то вроде Поппи рядом с такими мужчинами, как Джипси, у тебя возникнут проблемы, несмотря на то что Сильвер и он трахались за спиной Фьюри. Они могут обмануть Фьюри, но я вижу это по их самодовольным маленьким лицам.

Джейд наклоняется вперёд и ерошит волосы Лайона.

– Мы можем поработать над тем, чтобы ты стал лучше.

Лайон пристально смотрит на Оливию, качая головой.

– Она такая же умница, как и ты.

Оливия смеётся.

– О, я в этом уверена.

Сегодня - день, когда мы хороним Бонни Джеймс. Моё сердце обмякло, а моя боль невыносима. Бонни была первой женщиной, которая заставила меня почувствовать, что я принадлежу этому месту. Я просматриваю несколько сообщений, которые она прислала мне, пока была жива, и не могу перестать думать о том, как хрупка жизнь. Мы никогда не знаем, когда конец близок, мы просто должны каждый день жить в забвении и ждать, когда судьба появится на нашем пороге с букетом цветов, висящим над ее косой.

После того, как я забралась на байк Ройса, я целую его в шею сзади, мои руки на его животе. Все мотоциклы ревут вместе, громко пульсируя по пустой улице, когда он трогается с места, и мы начинаем наше совместное путешествие для последней поездки, прежде чем похоронить ее за зданием клуба. Олли с Лайоном, они едут прямо перед нами, а Нечестивец немного справа от нас с Ройсом, а Джипси по другую сторону от Нечестивого. Я пришла к выводу, что то, как они ездят верхом, определяет их положение в клубе. Клуб, который стал для меня большей семьёй, чем я когда-либо могла себе представить.

Ветер овевает мою кожу, мои волосы развеваются позади моего тела, когда Ройс мчит нас вперёд, следуя за катафалком по главной магистрали, которая ведёт в старый район Бонни.

– Ройс, я в порядке, - говорит мама, похлопывая меня по плечу. Она рассеянно смотрит на заднюю лужайку, пока ее новая маленькая комнатная собачка бегает кругами по баскетбольной площадке. Орсон, Шторм, Слоун и их жены Шторма и Орсона здесь, с Индией, женой Орсона, беременной их вторым ребёнком. Мы с Джейд приехали к маме пару дней назад, когда Орсон и Шторм объявили, что приедут. Естественно, это означало, что Слоун тоже должна была быть здесь. С мамой не все в порядке. Она ведёт тяжёлую борьбу и склонна реагировать только на Джейд. Я понял. Джейд была ребёнком, который всегда был здесь, или, может быть, мама думает, что она ей чем-то обязана. Никто не мог знать, насколько мрачным был Кайл Кейн. Никто. Он хорошо это скрывал. Они все так делают. Люди ожидают, что монстры будут приходить в кошмарах, забывая при этом защищать свои сны.

– Отдай это дяде Рою!
– Маленький мальчик Орсона, Тимми, начинает перебрасывать мяч ко мне, обгоняя Индию, Слоун, Джейд и подружку Шторма, Лайзу. Она могла бы быть большим ботаником, чем Шторм.

Я подхватываю маленького человечка на руки и сажаю его себе на колени, улыбаясь Орсону и Шторму, когда мама выходит, чтобы разложить крекеры и напитки на обеденном столе на открытом воздухе.

– Кто твой любимый дядя?

Тимми смотрит на своего отца, снова на меня, а затем на Шторма. Он возвращается ко мне и показывает пальцем. Я ухмыляюсь, указывая на себя.

– Я?

Он издаёт свой заразительный смешок, его маленькая головка откидывается назад, чтобы рассмеяться. Я щекочу ему животик, прежде чем поставить его на ноги, где он убегает играть с маминой маленькой крысоподобной собачкой.

– Ты хорошо ладишь с детьми, Рой, - поддразнивает Слоун, и я поворачиваюсь ко всем им, где Джейд тупо смотрит на меня.

– Заткнись, Слоун.

– Всегда к вашим услугам, - нахально говорит она, засовывая в рот морковную палочку и надвигая очки на глаза. Осторожно следи, в кого ты влюбляешься, у каждой девушки есть сумасшедшая лучшая подруга. Она-сумасшедшая лучшая подруга.

– Иди сюда, - говорю я Джейд, которая шаркает вокруг стола и садится мне на колени. У неё такой же отсутствующий взгляд, как и тогда, когда она смотрела на меня с Тимми. Я обхватываю ее ноги своими и подношу губы к ее уху, чтобы только она могла меня слышать.

– Ты беременна?

Девять Месяцев Спустя

Сегодня хороший день, чтобы умереть, если тебя зовут Кайл Кейн. Айзек прошел семимесячный рубеж и сказал мне, что ему нужно больше времени для доставки Кайла. Им удалось уничтожить два других крупных кольца по всему миру, и теперь они создали силы, специально предназначенные для борьбы с торговлей людьми. Люди думают, что это происходит только в странах третьего мира, но это не так.

Спускаясь по ступенькам в подвал "Очарования", я поворачиваю шею вбок, пока все крошечные косточки в ней не хрустят.

Нечестивец позади меня, а Лайон совсем рядом. Это мы. Мы и Кайл Кейн.

Мы все входим в комнату, и я снимаю свою жилетку, кладя ее на стойку, которая находится на другой стороне комнаты. Закрываю глаза и считаю до десяти.

Я нахожу Лайона и Нечестивца.

– Готовы?

Нечестивец кивает головой.

Лайон ухмыляется.

Нечестивец подходит ближе к Кайлу, он привязан и сидит на единственном стуле посреди комнаты. Крики Кайла пронзают комнату, когда Нечестивец движется вперёд. Я нажал на звуковую панель, которая находится на стойке, подключившись к Bluetooth моего телефона и включив звук так громко, что сердитый металл “Walk with Me in Hell” Lamb of God электризует энергию в комнате. Откинувшись на прилавок, я наблюдаю, как Нечестивец творит свою магию. Искусство, с помощью которого он убивает, не для слабонервных, но он не убивает Кайла. Он просто создаёт последние моменты Кайл пережил на этой земле самые мучительные минуты, которые он когда-либо испытывал. Мы остановились на пытках Нечестивца, гневе Лайона и моей подписи. Адреналин пульсирует в моих венах, когда я остаюсь неподвижным на другой стороне комнаты, Нечестивец берет винт из ящика с инструментами рядом с Кайлом и выносит его вперёд. Он достаёт молоток и вбивает ногу Кайла в землю. Вены на шее Кайла сердито вздуваются, его плоть становится ярко-красной. Нечестивый не останавливается. Он продолжает двигаться вокруг Кайла, вбивая гвозди во все стороны его тела. Это личное для Нечестивца. Это личное для всех нас.