— Не люблю, когда на меня так давят.

— Прости. — Лизка сложила губки бантиком. — Тогда просто прошу, без всяких долгов. Как твоя любимая сестрёнка… Выручай.

— Погоди! — опомнился я. — А тебе это зачем?

— Ну… У них там столько всего интересного… А меня только настраивать оборудование и пускали…

— Хм… Только в этом дело?

— Ну не только… Там же монашки! Настоящие! У них наверняка там какие-то чёрные мессы проходят, жертвоприношения, культы и всё такое. Ты ведь не просто так две ночи там провел? Я прям нутром чую — здесь что-то не чисто.

— Ясно. Приключений на задницу захотелось…

— Ну и не только на задницу. — хмыкнула сестрёнка. — Может вместе махнём?

— Не. Сейчас не могу, дел по горло.

— Да, я знаю. — тяжело вздохнула Лизка. — Тогда в следующий раз вдвоём, а в этот раз я сама на разведку смотаюсь. Идёт?

— Идёт. Поговорю за тебя с твоей матушкой…

— Спасибо! — радостно взвизгнула Лизка, кинулась мне на шею и чмокнула в щеку. — А за тобой, — обернулась сестрёнка к Зорькиной и показала двумя пальчиками сначала на свои глаза, потом на мою подружку, — я слежу. Ты у меня на контроле!

Ленка фыркнула, встала из-за стола, и демонстративно обратилась ко мне, игнорируя Лизу:

— Алекс, пойдем спать. Я устала, а завра рано вставать на работу. И это… — мстительно бросила уже в сторону Лизки, словно подразнивая ту. — Берушами обзаведись, сестра Алекса. Сегодня ночью будет очень громко… Боюсь, твоя ранимая психика такого не переживёт.

— Вообще-то, меня Лиза зовут… — растерянно пробормотала Лиза и нахмурилась. — Э, погоди! Что значит будет громко? Громко от чего?

— Сама как думаешь?

— Вот стерва! — прошипела Лизка ей вслед.

Спать мы легли пораньше — завтра предстоял тяжёлый день и у меня, и моей новой подружки. Ленка выполнила своё обещание — немного покричала, немного постонала, чуточку порычала (хороша, чертовка!), и обессиленно упала на мягкую перину рядом со мной, блестя капельками пота на обнажённой коже. Говорить нам было не о чем, по крайней мере сегодня, да и не очень хотелось, так что мы накрылись лёгким пледом, развернулись попка к попке, прижались другу к дружке и моментально вырубились…

Утро выдалось тяжёлым — я почему-то совсем не выспался, а тяжёлые веки категорически отказывались открываться и полноценно функционировать. Ну да, почему-то…

На 10 часов у меня назначена важная встреча по искинам. Отменять её было бы верхом глупости, так что я принял контрастный душ, выпил большую чашку крепкого кофе, закусил круассаном и спустился в отцовский гараж, мельком глянув на часы — ровно девять, время уже поджимает.

Сегодня хотелось прокатиться с ветерком, на огромной скорости, нарушая все правила и законы. Я присмотрел один из байков, пылившихся в дальнем углу, прыгнул на него, нажал кнопку «Старт», и услышал тихое, довольное урчание двигателя. Поправил кожаные перчатки, застегнул шлем и неспеша покатил наверх. Выехал за территорию поместья, кивнув охране возле дома и на выезде, крутанул ручку акселератора на полную и помчался в сторону центра города. Погодка сегодня не радовала, как и сам город — сырость, туман, серый воздух, смог, тусклые неоновые вывески, хмурые люди, спешащие по своим делам, автомобили, не желающие уступать друг другу и противно сигналящие при каждом удобном случае, по поводу и без… Словно шептали мне, что ничего из моей затеи путного не выйдет…

После того как Роман Борисович Бельский покончил с собой, узнав о позоре своей дочери прямо на свадьбе, дела у брата и сестры Бельских шли ни шатко ни валко. Не сказал бы, что плохо, но часть капитала они потеряли. Потеряли контракты, кусок компании, лишились нескольких серьёзных инвесторов и акционеров. У них начались проблемы, ревизии, аудиты.

Брат с сестрой, нужно отдать им должное, держались хорошо, пытались всё восстановить и вернуть отцовской организации былую мощь. Пока, получалось у них не очень, но они держались. Казалось бы, нерушимая корпорация, миллиарды на счетах… Но… Всё сложно.

Моя надежда была только на это, а не на моё природное обаяние и умение договариваться, и уж точно не на мои тесные знакомства с рыженькой Анной Бельской…

До одной из их корпоративных высоток я добрался быстро. Вежливая и услужливая девушка проводила меня на пятидесятый этаж, распахнула передо мной широкую, обитую золотом дверь, и пустила внутрь.

В большом, просторном кабинете она была одна. Сидела за рабочим столом в деловом чёрном костюме, зачем-то напялив на свой носик очки без диоптрий в чёрной оправе. Наверняка лишь для того, чтобы придать себе более деловой, строгий и решительный вид.

— Что ты хотел, Алекс? — сухо, по-деловому процедила Анна Бельская, даже не поздоровавшись со мной.

— Извиниться. — соврал я, не моргнув глазом.

— Извинения приняты.

— Как ты? — всё же поинтересовался я, стоя на пороге и стараясь не наглеть, иначе, я бы давно сидел в кресле напротив неё, закинув ногу на ногу.

— Нормально. — пожала Аня плечами и поправила свои очки.

— Прости, я не хотел, чтобы твой отец…

— Это моя вина. — перебила она меня. — Ты не виноват.