— Боишься?

— Чего? — шепнул он, кладя руки ей на бёдра.

— Того, что может случиться.

Саша откашлялся:

— Боюсь только одного…

— Чего?

— Что ты меня неправильно поняла. Я ведь эти джинсы тебе просто так подарил. Понравилась ты мне. Про поцелуй и всё прочее я пошутил. Даже не думал, что ты решишься на поцелуй. В двух шагах от ребят. Ты мне совершенно ничего не должна, понимаешь?

— Понимаю. Я поняла, что ты пошутил. Неужели тебе пришло в голову, что я готова отдаться из-за тряпки?

— Нет, не думал, но сомнения всё равно оставались. Не обижайся, Катюша. Если бы потом выяснилось, что я в отношении тебя ошибался, то со стыда сгорел бы! Я должен был это сказать…

Глава 13. Первая репетиция. Вальс

19 сентября 1971 г.

— … Ты пойми, Кузнецов, у нас на два твоих номера просто нет времени! Концерт длится час двадцать. Институтский хор я тебе отменить никак не смогу, декламаторов тоже не выбросишь. Гимнастам время нужно? Нужно! И так далее, и тому подобное! Где взять время на твои номера? Ты что, издеваешься надо мной?

— А зачем тогда вообще нас позвали? — кипятился мальчишка. — Разнарядку какую-то прислали! Девушки себе костюмы подготовили. Я даже два костюма.

— Ну хорошо! Сколько времени тебе требуется? Давай начнём с этого!

— На первый номер шесть минут. «Вальс цветов» Чайковского. Хорошая магнитофонная запись у меня имеется.

— Ты сам-то вальс танцуешь?

— Танцую! Два года назад мы с партнёршей первое место на всесоюзном конкурсе классического танца взяли.

— Ого! Так что ж ты молчал? И диплом имеется?

— Конечно. Дома хранится. Если нужно, я на следующую репетицию притараню.

— Да, принеси. Нужно будет для конферансье выписку сделать. Так, а что со вторым номером. Тоже танец?

— Даже два. Маленькое театрализованное представление. Сначала минуты две — три Иванка будет исполнять фламенко, а потом я с ней танцую танго. По идее всё вместе можно ужать до пяти минут. Две минуты на фламенко и три на танго.

— Запись музыки имеется?

— Имеется. У меня обе ленты с собой.

— Хорошо, давай посмотрим! Иди готовь магнитофон. Как будете готовы, скажешь. Я попрошу гимнастов освободить сцену.

— Договорились. У меня сейчас лента для второго номера на семь минут смонтирована. Три на фламенко и четыре на танго. Если нужно будет, я её ужму!

— Хорошо, хорошо! Посмотрим. Идите, готовьтесь!

* * *

Олег Иннокентьевич даже на сцену выбежал, когда Катя в сопровождении Иванки вышла из-за кулис на сцену. Саша возился с магнитофоном и не обратил на их выход внимания.

— Отлично, отлично… — бормотал Олег Иннокентьевич обходя её кругом. — Даже страусиный веер! Просто великолепно! Где взяла?

— Сашка где-то достал. Говорит, взаймы у одной старушки попросил.

— Молодец… Угу… И перчатки как влитые сидят… Книксен делать умеешь?

— Умею…

— Покажи…

— Неплохо, неплохо… А теперь глубокий поклон!

— Нет! Неправильно! Вот, смотри как нужно! — он присел в глубоком книксене и склонил голову.

— Поняла… — она повторила. — Вот так?

— Да, неплохо… Ладно… Ты вальс-то танцуешь?

— Танцую, но Сашка обещал научить танцевать профессионально…

— Веришь ему?

— Угу… Полностью. Он, вообще, прорву всяких ненужных вещей знает!

— Правильно! Партнёру нужно доверять. Иначе ничего не получится.

Он повернулся к скромно стоящей в стороне Иванке.

— Сколько тебе лет, милое дитя?

— Пятнадцать.

— Танцуешь?

— Угу… Саша научил. Фламенко и танго. До этого я только народные танцевала.

— Так… Ну-ка, повернись кругом. Только медленно…

— Угу… Неплохо… Только не понимаю, почему платье такое простое? И ещё этот фартук…

Саша подошёл сзади. Услышав вопрос он вмешался:

— По задумке Иванка играет роль домашней хозяйки. Она — юная жена помощника тореро. Он тоже очень молод. Живут оба на то, что он заработает на арене. Я потом переоденусь, и мы с Иванкой покажем.

— У тебя есть костюм тореро?

— Помощника тореро… — кивнул Саша.

— А в чём разница?