Он летел бы и дальше, но упал спиной на стоявших у дверей аудитории двух девушек, после чего на полу оказались все трое. Девушки моментально вскарабкались на ноги и сердито заорали на Сашку. Не обращая на них внимания, тот подошёл к сидящему на полу фельдмаршалу от культуры и мрачно сказал, глядя в его ошеломлённое лицо:

— Ещё раз подойдёшь — бить буду без дураков! Смотри, можешь и на больничной койке оказаться! Драться я умею гораздо лучше, чем танцевать!

После этого резко развернулся, вернулся назад, подхватил свой портфель и, не глядя ни на кого и не слушая вопли девушек, зашёл в аудиторию. Когда он проходил мимо Гали, которая на пару с Мариной отряхивала свою юбку, та всё-таки смазала ему по затылку. Саша оглянулся, даже остановился и хотел что-то сказать, но только махнул рукой и отправился дальше…

* * *

Дора Михайловна зашла в аудиторию и, ещё до того, как спросить старосту о наличии студентов, нашла взглядом обоих. Она серьёзно сказала:

— Карташова! Кузнецов! Я видела ваше вчерашнее выступление! Спасибо, получила огромное удовольствие! Но рукоприкладство в институте это безобразие! Это ничем не извинительно!

— Да он нас уже до печёнок достал, Дора Михайловна! — возбуждённо вскричала Катя. — Сколько можно? Ему сто раз сказали, что не собираемся мы участвовать в этом дурацком балагане! Сашка его даже довольно культурно послал! Ничего не помогает! Пристал, как банный лист!

Вмешался в разговор и Вася Кузнецов:

— Точно! Я сам свидетель! И другие ребята видели! Это просто какое-то издевательство! Они одно твердят, а ему как об стену горох! Будто и не слышит! Я удивляюсь терпению Сашки. Я бы этому лосю ещё утром в ухо дал!

— Вот вы, Василий, могли бы и вмешаться! — спокойно возразила Дора. — По сравнению с малолетним и неразумным Александром Петровичем вы всё же взрослый человек. Отвели бы этого, как вы выражаетесь, «лося» в сторонку и объяснили ему, что назойливость — это неприлично! Всегда, любой вопрос можно решить, не прибегая к силе! Всегда!

— Можно подумать, ваши сыновья не дерутся… — мрачно буркнул Саша, не глядя на неё.

Она огорчённо вздохнула:

— Дерутся… Ещё как дерутся. Но ещё ни разу они не слышали от меня слов одобрения их дракам. И не услышат!.. Ну да ладно! Приступим! Староста?

— Все на месте, Дора Михайловна. Можно начинать, — ответил Вася.

* * *

Лида вошла в аудиторию сразу после звонка на перерыв. Кивнув Доре Михайловне, с которой сегодня уже виделась, быстро нашла глазами стол, за которым сидели Кузнецов и Карташова, и подбежала к ним. Не обращая внимания на звонок, Саша смотрел в окуляр лабораторного микроскопа. На столе возле микроскопа стояла узкая картонная коробочка — вместилище заранее приготовленных образцов. Катя уже откинулась на стуле и сейчас внимательно следила за ней.

Кивнув Кате, Лида положила руку Саше на плечо. Тот оторвался от микроскопа и поднял на неё задумчивый взгляд. Опять от этого взгляда по всему телу полыхнул знакомый огонь, который, впрочем, тут же погас.

— Саш, тебя декан вызывает, — огорчённо сказала она. — Пошли скорее! Этот, которого ты ударил, на тебя нажаловался. Требовал милицию вызвать, но Яков Степанович хочет сначала с тобой поговорить.

Саша кивнул и начал выбираться из-за стола. Он бросил взгляд на Дору Михайловну. Та боком сидела на преподавательском стуле и внимательно наблюдала за ними. Саша вздохнул и начал собирать свой портфель.

— Кать, можешь потом мои образцы в порядок привести и сдать? Я могу не успеть вернуться.

— Я с тобой пойду! — она тоже вскочила на ноги.

— Нет, не пойдёшь! — это было сказано твёрдо. — Я сам справлюсь! Ты мне будешь только мешать!

— Саш, ну пожалуйста!

— Нет, Кать, не нужно. Мне и без тебя трудновато будет, а с тобой в два раза сложнее выйдет! Не переживай! Я справлюсь! И не с такими делами справлялся! — он улыбнулся и подмигнул ей.

Лида переминалась в нетерпении.

— Пошли, Саш, пошли!

— Погоди! Нужно Доре Михайловне сказать…

Дора Михайловна уже поднялась со своего места и неторопливо приближалась к их столу.

— Я уже поняла. В деканат вызывают?

— Угу… Я, наверное, не смогу на втором часу присутствовать…

— Жаль… Хотела показать вам один интересный образец и поговорить о нём…

— Какой образец? — заинтересовался он.

Дора Михайловна усмехнулась:

— Иди, иди. Не заставляй Якова Степановича ждать! Он у нас товарищ не очень терпеливый. Потом поговорим!

Она проводила их взглядом и так же неторопливо вернулась на своё место. Нравился ей этот мальчишка. Даже не столько своим живым интересом ко всему тому, что составляло смысл и её жизни. Своей первобытностью нравился. Вот этой своей непричёсаностью и прямотой. Своей смелостью нравился. Видела она этого «лося», которого он так ударил, что тот не смог прийти в себя даже к началу семинара. Он же раза в два крупнее худенького Саши! А ведь не дрогнул, не побоялся!

Отчитала его, конечно, но это больше из педагогических соображений. Поняла она слова его опекунши, которая сказала, что таким сыном любая мать могла бы гордиться. Она бы тоже, наверное, гордилась, будь Саша её сыном…