Скоро они поедут домой.

Фэй радушно и дружелюбно относилась к бабушкам и дедушкам и поддерживала детей, открыто, как ей нравилось, выражая любовь к Майе, и так нежно, как только могла, к Бекки. Когда они ушли с ужина, она молчала.

Чейз дал ей время.

И продолжал давать его ей, сидя на креслах-качалках. Он дал ей время прервать молчание, и она им воспользовалась.

— Все кончено, — прошептала она равнине.

— Все кончено, — тихо согласился он.

— Они любят их, — продолжила она шепотом.

— Ага, — снова тихо согласился он.

— Сильно.

— Ага.

Фэй долго молчала, потом сказала:

— Любовь исцеляет.

Ей нужно было верить в это. К счастью, она не ошибалась. Он знал это, потому что она научила его и этому.

— Да, детка, — прошептал он.

Она замолчала.

Чейз позволил ей, не сводя глаз с равнины.

Затем услышал тихое всхлипывание, и настала его очередь действовать.

Он встал с кресла и поднял Фэй. Она мгновенно свернулась калачиком, прижавшись к его груди, уткнувшись лицом в его шею, обняв его за плечи. Он распахнул штормовую дверь, захлопнул входную и понес ее к кровати. Уложив ее, присоединился к ней, прижимая к себе, пока ее тело слегка дрожало, а слезы текли.

Когда она затихла в его объятиях, он наклонил голову так, что его губы коснулись ее волос, и спросил:

— Ты плачешь из-за всего этого или из-за чего-то конкретного?

— Думаю, из-за всего этого.

— Тебе будет его не хватать, — ласково заметил Чейз.

Она кивнула и всхлипнула.

Он сжал ее.

Она судорожно вздохнула и прошептала:

— Я рада, что они хорошие люди.

— Я тоже.

— Ты видел фотографии? — спросила она, и он еще раз сжал ее, давая понять, что видел. Бабушки и дедушки с обеих сторон привезли фотографии.

Майи и Бекки, их мамы и папы. Счастливая семья. Половины которой больше не было.

— Да, — ответил Чейз.

Она придвинулась ближе, зарываясь в него. Потеря была слишком велика, чтобы вынести ее в предрассветной темноте.

Чейз выждал.

Затем спросил:

— Теперь ты меня понимаешь?

Фэй откинула голову назад и поймала его взгляд.

— Понимаю?

— По каким-то причинам, — тихо объяснил Чейз, — жизнь забрала у них родителей и привела в кошмар. Затем Бог послал ангела, чтобы положить этому кошмару конец. Этот ангел — ты, женщина, способная на множество чудес. Теперь, когда я называю тебя ангелом, ты меня понимаешь?

Слезы снова наполнили ее глаза, она опустила голову, уткнулась лицом ему в шею, и ее тело содрогнулось от рыданий.

Теперь она его понимала.

Спустя неделю и два дня

Чейз стоял и смотрел, как Сондра обнимает Бекки, а Сайлас стоял рядом с Майей, ухмыляясь ему, вероятно, подшучивая, но в его глазах все равно отражалась печаль. Фэй стояла рядом с Чейзом, улыбаясь своим родителям и детям, но ее печаль была гораздо более явной.

Они стояли снаружи, и машины были набиты битком.

Дети собирались домой.

— Чейз, — услышал он и перевел взгляд на дедушку Майи и Бекки по отцовской линии.

— Эзра, — пробормотал Чейз, когда мужчина приблизился к нему и остановился.

Он кивнул и улыбнулся Фэй, затем посмотрел на Чейза.

После чего тихо сказал:

— Сынок, мне сказали, ты оплатил больничные счета Майи и Бекки.

Он услышал, как Фэй приглушенно охнула, и почувствовал, как она подвинулась к нему, коснувшись его руки, переплетая их пальцы, но ничего не сказала.

Он ей не рассказывал. И не собирался.

Дерьмо.

— Ага, — небрежно ответил Чейз, надеясь, положить конец этому разговору, зная, что познакомившись с этими людьми, не примет их денег.

Эзра кивнул и сказал:

— Мы обсудили и…

— Не беспокойтесь об этом, — прервал его Чейз, и пальцы Фэй сжались крепче.

Глаза Эзры округлились.

— Но сумма, должно быть…

Чейз покачал головой.

— У меня есть трастовый фонд. Его мне оставили бабушка с дедушкой. Они были хорошими людьми. Мой дедушка всю жизнь много работал. Он был добрым. Если бы они узнали, что деньги, заработанные их тяжким трудом, пошли на такую цель, то остались бы довольны. Поверьте мне. Если бы они были живы, они сами бы так поступили. Теперь дело сделано. Вам и так сильно досталось. И большего не будет.

— Это слишком щедрый жест, — осторожно возразил Эзра.

— Это был не жест, — так же осторожно ответил Чейз. — Чем бы это ни было, если так для вас легче принять эти деньги, то они обеспечат нам с Фэй путь в жизни этих детей. Вы уезжаете, но история не заканчивается ни для них, ни для нас. Мы хотим знать, как они взрослеют и крепнут, но также и видеться с ними. Если вы позволите нам это на протяжении многих лет, тогда мы в расчете.

Эзра уставился на него, его кадык дернулся, когда он сглотнул, и Фэй прильнула к боку Чейза.