Серильда сдвинула брови. Сделала неуверенный шаг вперед.

Фигурка шагнула ей навстречу и откинула капюшон плаща, открывая смуглую кожу, круглые щеки и густые волосы, собранные в два пучка на макушке.

Лейна. Мать девочки занимала в Адальхейде пост бургомистра, а сама она стала одной из первых, кто по-дружески тепло принял Серильду в городе. Эта девочка даже помогала ей разгадать тайну замка с привидениями.

– Это что же, смертный ребенок? – задумчиво спросил Эрлкинг.

Серильда сглотнула.

– Я знаю ее, мой господин. Она моя… Была моей подругой, или что-то вроде того. Но ей здесь нечего делать…

Она сбилась и замолчала.

Лейна не должна была быть здесь. О чем только она думала, решив явиться в замок в такую ночь? Ей следовало остаться там, в трактире «Дикий лебедь», и спокойно спать в своей постели.

– Какая удача, – сказал Эрлкинг. – Полагаю, она пришла нас поздравить.

Серильда нахмурилась еще сильнее. Ни Лейна, ни кто-либо еще в Адальхейде не могли знать о свадьбе. Серильда предполагала, что ее наверняка сочли мертвой – ведь она пропала в этом замке почти два месяца тому назад и не вернулась обратно.

Выпрямив спину, она шагнула вперед.

– Я поговорю с ней. Узнаю, зачем она…

– Стой.

Серильда замерла, скорее из-за напряженного тона короля, чем из-за самого приказа.

Она оглянулась, а Эрлкинг посмотрел на ее ноги.

Серильда проследила за взглядом. Кончики ее пальцев были всего в нескольких дюймах от досок подъемного моста.

Невидимая граница ее клетки.

– Вам придется подождать здесь, моя голубка. – И он нежно заправил прядь волос Серильде за ухо. Она поморщилась. – Я сам поприветствую нашу смертную гостью.

– Нет. Не надо. Умоляю – не губите ее.

Не обращая внимания на ее слова, Эрлкинг проплыл мимо, бесшумно ступая по мосту. Его изящная фигура мелькала в свете факелов, как призрачная тень.

Лейна инстинктивно отпрянула, но в следующий миг собралась и решительно выпрямилась. Она даже осмелилась сделать несколько шагов Эрлкингу навстречу.

Теперь Серильда рассмотрела, что девочка держит в руках маленькую корзинку.

Когда Эрлкинг был в нескольких шагах, Лейна сделала церемонный реверанс.

Серильда сжала кулаки. Ей пришлось строго-настрого приказать ногам не делать ни шагу дальше, чтобы заклятие не перенесло ее прямо в тронный зал. Сейчас она не могла рисковать, теряя драгоценные минуты, чтобы вернуться оттуда обратно к воротам. Но было мучительно, невыносимо оставаться на месте, глядя, как ее муж – убийца, похититель детей – приближается к одной из немногих живых людей, которые все еще были ей дороги.

Издали Серильда видела, как Эрлкинг говорит с Лейной, но, как она ни напрягала слух, слов было не разобрать. Беспомощно оглянувшись, она увидела Манфреда, стоявшего неподалеку с выражением стоического безразличия на лице. Чуть поодаль она заметила Ханса и Никеля и догадалась, что другие дети тоже где-то поблизости. Ханс с тревогой наблюдал за ней. Он никогда не встречался с Лейной, но наверняка заметил, как Серильда расстроилась из-за ее неожиданного появления.

Серильда тяжело сглотнула и попыталась скрыть ужас, изобразив нечто вроде приятного удивления. Но бросила взгляд на мост – и почувствовала, как лицо снова каменеет.

Странно бережно, почти по-отечески, Эрлкинг взял Лейну за руку и повел ее к замку.

Глаза Лейны были круглыми, как полная луна, и, хотя девочка шла с высоко поднятой головой, видно было, как она дрожит. Серильде очень хотелось ободряюще улыбнуться ей. Но с каждым шагом, приближавшим Лейну к этому замку, к этому кошмару, который заманивал потерянных детей и никогда не отпускал их, рот Серильды наполняла горечь.

– Смотрите, – заговорил Эрлкинг, – эта маленькая смертная решила встретиться с нами в ночь солнцестояния, чтобы преподнести особый подарок моей супруге.

Лейна аж споткнулась.

– С-супруге? – пробормотала она еле слышно.

Эрлкинг смотрел на нее с лучезарной улыбкой. Если он и собирался причинить этому ребенку вред, сияющее лицо короля не выдавало его намерений.

Серильда слышала множество историй о том, как Эрлкинг и его свита забирали детей прямо из дома или очаровывали их, когда те бродили по лесу. Это всегда представлялось ей чем-то ужасным. В ее воображении темный злобно ухмылялся, ребенок с криком пытался вырваться, убегал – но его настигал боевой конь, лягаясь и брыкаясь, а всадник швырял дитя, бьющееся у него в лапах, поперек седла.

Теперь этот образ был почти стерт той нежностью, с которой Эрлкинг держал за руку Лейну. Лейну, которая, возможно, была слишком доверчива. Серильде хотелось крикнуть девочке, чтобы та не поддавалась чарам Эрлкинга. Что он скверный, злой насквозь. Лейна сама слышала о нем немало историй. Она должна понимать.

– Это правда, – говорил король. – Сегодня госпожа Серильда поклялась стать моей королевой.

Лейна моргнула. И устремила испытующий взгляд на Серильду.

Серильде ничего не оставалось, как кивнуть, крепко сжав губы.