— Бегу, — сразу же отозвался Фёдор, но не успел он сделать пару шагов, как раздутая голова на башне всхрапнула. Звук был такой, будто собака подавилась костью.

Я взглянул в сторону башни и увидел раскрытые глаза… У меня мурашки по спине пробежали. Глаза были без зрачков, ярко-жёлтые, светящиеся словно фонари. И впрямь очи Саурона.

Глаза скосились, и будто два прожектора осветили стальную фигуру Фёдора. Наверное потому что он ближе всех находился к башне. После этого губы, которые до этого момента казались слипшимися, широко раскрылись. Раздался рёв. При чем я услышал этот рёв сразу в двух формах. Один — ушами. А второй, так же как тот шёпот, в голове.

В предбаннике концертного зала послышалось рычание. Ходоки, которые находились там, будто услышали зов и двинулись к сцене. Причём двигались они гораздо быстрее тех ребят, которые пытались догнать нас лестнице. Кстати, а те, судя по звукам, уже сумели выбить стальную дверь радиорубки.

— Разводной, дери черти твою душу! — рявкнул во весь голос Порохов. — Я же сказал не приближаться к это хреновине. Чего непонятного? Лучше дверь фигачь!

— Да я не пытался, — растерялся Фёдор. Он и впрямь находился в пяти метрах от башни и не намеревался к ней лезть. — Я ничего не делал.

— Он не виноват, — вступился я за «Ключа». — Башка сама проснулась.

В этот момент из дыры в радиорубке в концертный зал повалились фигуры ходоков. Похоже они ничего не видели, и потому просто упирались в стену рубки, пытаясь пролезть через техническое окошко проектора. Или вовсе валились из проделанной «Ключом» дыры, чуть ли не головой вниз. Ну да именно так и ведут себя типичные зомби. Может и правда зомби апокалипсис настал?

Одновременно с ними, повалили и шатающиеся из предбанника.

— Оружие к бою! — отдал команду «Порох». В этот раз в его голосе прям чувствовалось стопроцентное намерение стрелять совсем не по ногам. — «Ключ», замени «Меха» на двери за кулисами и выбей её, как можно скорее. Анна, где слабое место у этих «зомбей».

— Это не зомби, — напряглась женщина. В её глазах показался испуг.

— Неважно. Где? — «Порох» совсем забыл про манеры.

— Но… — возразила она.

— Никаких «но»! — командир уже кричал на Анну. — Это вопрос жизни и смерти, Анна. Где их слабое место? Голова?

— Да, — сдалась медичка. Её голос был полон тревоги. — И сердце.

— Так я и думал. Отря-яд! Приготовиться к бою! Стрелять на поражение. Валить любого кто решит забраться на эту сцену.

Мы дружно выстроились в один ряд на сцене. Фёдор отправился выбивать дверь, а Борис присоединился к нам.

Приказ Порохова не подразумевал иного толкования, однако не все готовы были его выполнять.

Ольга стояла в середине, глубоко вздыхала и крутила головой в стороны, поглядывая то на «Пороха» с «Мехом», то на меня с Анной. Её «Виторез» стоял на предохранителе, похоже она не готова была стрелять.

Анна достала свой ПМ только для вида, даже не подняла ствол. Мне показалось, что в пистолете отсутствовал магазин. Да и лицо её явственно выражало, что всё происходящее ей очень не нравится. Она от чего-то отказывалась видеть в ходоках угрозу. Для неё это были по-прежнему люди.

В глубине души я был солидарен с Анной Степановной. Но в голове у меня было иное мнение. Я в отличие от медички видел, как эти ходоки разорвали собак в центральном холле. И я бы не хотел подпускать их к себе. Ничего человеческого в этих «людях» не осталось.

В общей сложности заражённых, или как выразился Ключ, облучённых было около полусотни и шли они двумя плотными группами. Одна со стороны кинорубки, другая из предбанника.

— Приготовиться! — лязгнул железом голос командира Порохова, когда между сценой и наступающими осталось пару метров.

Краем глаза я заметил, как он спешно переломил ещё одну фосфоресцирующую палочку, и бросил к краю сцены.

Ходоки были уже в метре от сцены. Еще пара секунд и они начнут взбираться на неё.

Голова на башне снова взревела. Я невольно посмотрел на неё и увидел зеленую ауру, которая будто окрасила звуковую волну, вырвавшуюся изо рта головы. Эта волна пронеслась через ходоков и те отозвались рыком.

Как я понял, никто, кроме меня, эту зелёную ауру не увидел. А ещё у меня появилась одна идея. А что если эта голова…

— Стреляем на счёт «три»! — не дал мне закончить мысль Порохов. — Раз, два…

Я снял свой АС «Вал» с предохранителя, развернулся, и прицелившись и нажал на спусковой крючок.