— Кого вы видите главным противником?

— Практика последних лет показывает, что все сдвиги от хустисиалистского идеала связаны с позицией армии, — обтекаемо ответил касик.

Хосе Рега недобро зыркнул из своего угла, но промолчал. Вася внимательно прислушивался к звукам в глубине виллы — там, судя по всему, не только готовил обед повар, но и прямо за дверью в гостиную переминались охранники. Утешало, что в доме напротив, за живой изгородью, сразу после начала встречи в окнах чуть-чуть раздвинулись шторы: в одном у края рамы, в другом — посередине. Все, как оговорено: кубинцы на месте и следят за ситуацией. Еще утешало, что решетки на окнах отперты и открыты и что охранники отобрали только М1911, а вот карманную «Астру» у щиколотки пропустили — что у него, что у Энрике. На случай обострения защита слабая, но хоть что-то. Главное, что Перон хочет договариваться.

— Мы во многом совпадаем, — прищурил глаз Перон. — Кстати, мне о вас много говорил отец Карлос Мухика, мы провели вместе десять дней на Кубе. Какой интересный человек, не находите?

— Да, я слышал его речь в Кочабамбе, — согласился Вася, а сам подумал — какого хрена надо устраивать весь этот карнавал в Париже, если можно спокойно поговорить на Кубе?

— Я надеюсь через него и вас упрочить союз с левыми силами.

Рега заметно поморщился и спрятался за бумагами.

Мария Перон, словно почуяв напряжение, поднялась с дивана:

— Сеньоры, что-нибудь выпьете? Кофе, вино?

— Кофе, — тут же ответил касик.

— Спасибо, дорогая, — бросил в спину жене генерал и повернулся к Васе. — Скажите, а в Боливии пьют мате?

— Да, на юге, в Чако.

Перон победно улыбнулся, будто это его личная заслуга, и пустился в разглагольствования о «третьем пути», опоре на собственные силы и связях с народом. Вася время от времени поддакивал и все время контролировал себя, чтобы не ляпнуть лишнего, могущего стать источником несвоевременной утечки. Вообще, тягаться с тяжеловесом от политики не входило в планы, максимум — встретиться, обозначить позиции, поискать точки соприкосновения. Но уж больно ловко экс-президент старался его обаять: подкидывал очевидно левые идеи, говорил о гражданском мире — шпарил словно по тексту «манифеста Сукре». Вероятно, Перон надеялся навешать юному (с его точки зрения) визави лапши на уши и обвести вокруг пальца. С его умением влиять на людей и опытом, приобретенным с возрастом — не самая сложная задача для прожженного политика.

Со стороны кухни потянуло жареными кофейными зернами и в гостинную с подносом вернулась Мария Мартинес Перон. Ее все звали сценическим псевдонимом «Исабель», но у Васи на такое язык не поворачивался даже мысленно — Исабель одна! А не эта куколка с острым носиком и единственным достоинством — сходством с легендарной Эвитой Перон, второй женой генерала.

Мария расставила чашечки, разлила кофе, мило улыбнулась красавчику Энрике и уселась обратно на диван. Вообще непонятно, за каким хреном она здесь, разве что Перон ею хвастается?

Вася с облегчением схватился за кофе — спина за время с начала разговора уже взмокла, и небольшая пауза возникла весьма кстати.

— Как вы посмотрите на то, что в будущем правительстве представители… — Хуан Доминго красиво взмахнул открытой кистью, — м-м-м… вооруженной оппозиции… займут несколько постов?

«Делим шкуру неубитого медведя» — мелькнуло в голове у Васи. А еще он вспомнил из читанных в Москве будущего книг и недавнего досье кубинской разведки манеру Перона лавировать между правыми и левыми. Например, генерал назначал на должность представителя одного лагеря, а замом к нему — другого. Или как при втором президентстве Перона министерские портфели достались одновременно коммунисту Хосе Бер Гелбарду и вот этому секретарю Хосе Лопесу Реге, откровенному фашисту.

И как при таких раскладах добиться, чтобы Перон прочно перешел как минимум на левоцентристские позиции?

— Например, пост министра экономики? — предложил генерал.

— Нас вполне устраивает программа Фрондиси и Фрихерио, она прекрасно сочетается с целями Андского пакта. И насколько я знаю, вы готовы к союзу с ними.

— Да, с Гражданским радикальным союзом мы образуем что-то вроде коалиции, — обаятельно улыбнулся Перон, отчего его огромные уши шевельнулись вверх.

— Вот и прекрасно. Тем более, что преодолеть производственный застой, инфляцию и социальный раздрай проще вместе, общим латиноамериканским рынком. Два-три крупных проекта послужат драйвером и вытянут все остальное.

Стенографировавший встречу Рега бросил быстрый взгляд в сторону касика и генерала.

Пожалуй, пора обострить общение.

— Нынешней вооруженной оппозиции, большую часть которой, кстати, составляют перонисты, — Вася вежливо поклонился эпониму этого политического течения, — требуются как минимум посты вице-президента и министра внутренних дел.

— А кого вы видите вице-президентом? Кого-нибудь вроде Джона Кука?

С места Реги послышалось сдавленное мычание, но пока секретарь держал раздражение в себе, не давая ему выплеснутся на виду у шефа.

— У нас есть вариант лучше, — лучезарно улыбнулся Вася. — Человек с опытом государственного управления, популярный во всем мире, к тому же урожденный аргентинец…

Глаза Перона понемногу начали расширяться — похоже, он догадался.

— … Эрнесто Гевара де ла Серна.

— Никогда! — прорвало Регу. — Никогда этот убийца не встанет у власти в Аргентине! Я не допущу этого!

Секретарь бросил свои бумаги и выскочил на середину гостиной, сжимая кулаки, под ошарашенные взгляды четы Перон, Васи и Энрике. Дверь из коридора приоткрылась, в щелочке блеснул глаз охранника, привлеченного криком.