Но он вышел сам, бодрый и свежий, и главное, с нужными воспоминаниями.

«Родина и Свобода», ультраправые. Генерал Роберто Виа, организатор покушения на генерала Рене Шнайдера. Уши ЦРУ, торчавшие из каждого этапа этой авантюры. Генералы, участники заговора. И главное — прямое участие Киссинджера, чья ответственность была признана не кем нибудь, а Верховным судом США. Правда, почти через сорок лет после убийства Шнайдера.

Именно устранение генерала открыло дорогу Пиночету к посту главнокомандующего чилийской армией и, как следствие, к перевороту 1973 года — Шнайдер принципиально выступал против вмешательства армии в политику и эффективно удерживал военных от этого.

Но вот что делать сейчас, если заговор против Шнайдера сложится только через год? В идеале нужно расстроить планы правых прямо перед исполнением, да еще получить компромат на американцев, вплоть до Киссинджера. Или, не мудрствуя лукаво, превентивно грохнуть Виа — но где гарантия, что на его место не нарисуется другой генерал или полковник? И вообще, может при нынешних раскладах Виа тихо-мирно уедет в какой-нибудь Парагвай выращивать фикусы или граптопеталумы, и мочить его пока вообще не за что? Для внешнего наблюдателя это вообще шиза какая-то — мало ли кто объявит, что знает будущее и поэтому тебя, тебя и вот тебя надо срочно убить. Ничем не лучше придурков Мэнсона, всего несколько месяцев назад устроивших бойню в Калифорнии.

Снаружи Васю ждал самолично дед Контиго, и касик решил спросить совета у старейшины и калавайю. Дед Васю выслушал, поглаживая посох и даже пару раз сжал его, но поперек спины не огрел, вопреки обыкновению. И ничего не посоветовал.

— Ты касик, воин, мужчина. Думай сам, решай сам.

И ушел париться.

Штаб тем временем пробил создание единого военного командования всех вооруженных организаций в Аргентине — монтонерос, утурункос, Революционных вооруженных сил, Армии народа и других, помельче. Ну в самом деле, если группы из разных стран сумели объединиться в Хунту координации, то как-то стыдно соотечественникам сидеть по разным норкам. Идею революционного суда над Сабино и таблетки цианида аргентицы, как ни странно, приняли без особых дебатов. Требования конспирации и работы в подполье пошли со скрипом, но судьба Сабино, Мартинеса и Бурручаги стояла перед глазами и штабу удалось продавить принятие нового порядка действий.

Че залечил раны и активно готовился к новой экспедиции в Аргентину, но при каждой заминке хватался за порванное ухо.

— Скажи, abuelito, — поймал его в такой момент Вася, — как ты думаешь, что будет делать генерал Виа?

— Хм… Скорее всего, свяжется с кем-нибудь из ультраправых, если наши сведения о нем верны.

— А что будут делать ультраправые, если выиграет «Народное Единство»?

— К бабке не ходи, начнут бузить, — Че затолкал в рюкзак очередную укладку и озирался в поисках следующей.

— Вот я и думаю, может, убрать Виа, пока не поздно?

— Ну, зачем сразу убирать, chico? Вон, спроси наших контрразведчиков, они скажут то же самое: дать проявиться, изъять, допросить, выкачать информацию. Кстати, как там с поиском исполнителей и организаторов взрыва?

— Роют. Пара зацепок уже есть.

— Очень хочется выйти на тех, кто отдавал приказ, — Че щелкнул затвором пистолета, убедился, что ствол пуст и убрал оружие туда же, в рюкзак.

Вася втянул носом тонкий запах смазки. Хочется, кто бы спорил. А с Виа, значит, дать проявиться… Эх, жаль, нельзя спросить у Егорова-старшего. То есть найти его не проблема, но спрашивать-то нужно у генерала разведки, а не у вчерашнего выпускника Краснознаменного института.

В этом раздрае и поисках решения Вася почти не отреагировал на сообщение о большой забастовке в Аргентине, а вот приезд Ильича Рамиреса Санчеса принял как знак свыше.

Глава 17 — Веселенькое Рождество

Высокий голубоглазый блондин назвал пароль от Моссада, назвался Марком и уселся в кресло напротив.

— Вы не похожи на еврея, — сразу решил развеять свое недоумение Вася.

— Я из литваков, у нас много таких, — гость махнул хозяину и показал два пальца.

На стол небольшой забегаловки на выезде из Кочабамбы почти мгновенно опустились две чашки с кофе, мелодично звякнув ложечками.

— Хорошо, тогда к делу.

— Вы знаете, кто такой Йозеф Менгеле? — чуть наклонил голову Марк. — Он был в переданных нам списках.

— Да, врач Аушвица.

— Несколько лет назад у нас была возможность…ммм… изъять его, но ввиду более приоритетной цели…

— Я в курсе, — спокойно кивнул Вася. — Эйхман.

— Да, Эйхман. Тогда Менгеле бежал в Бразилию, его следы потерялись, пока мы не получили ваш список. Мы нашли его, он время от времени наезжает в Аргентину и Парагвай, но мы никак не могли установить время поездок. А сейчас мы точно знаем, когда и где его искать.

— Прекрасно, Марк, а мы-то вам зачем?

— Дело в том, что наци собирают на Рождество нечто вроде съезда в Сан-Карлос-де-Барилоче…

— Это почти на границе с Чили, я не путаю?

— Да, там постоянно живут несколько человек из вашего списка, плюс приедут Менгеле, Мюллер и Кучман.

— И вы хотите прихлопнуть их всех разом, но у вас не хватает сил? — въехал Вася.

— Именно так. Вы же не любите наци?

— Не люблю, но сейчас перед нами стоят другие задачи. Поэтому задам сакраментальный вопрос — а что мы с этого будем иметь?