Оказалось, что до выхода на пенсию, хозяин служил на Дальнем Востоке, более того – был моряком-пограничником. Он с восторгом рассказывал, как гонялся за японскими браконьерами, будто повествовал о долгой и теплой советско-японской фронтовой дружбе.

Удовольствовавшись путаными объяснениями Акиры по поводу нападения и коротко кивнув, Николай затащил того в дом и усадил на почетное место. Не утомляя «гостя» расспросами, Николай с женой быстро организовали простой, но обильный стол. И вскоре Акира почувствовал, что начинает избавляться от пропитавшего его тело страха.

Создавалось ощущение, что Николай только и ждал визита Акиры, будто давно задержавшегося праздника. Его можно было понять: сюда не часто забредают иностранцы, которые, к тому же, покорно выслушают все, что накопилось на душе у отставного моряка, и сумеют все это понять, да еще и разумно ответить. От Акиры же не требовалось ничего – только слушать, улыбаться и время от времени кивать, восклицая: «Да, конечно! О, да!»

Акире пришлось разглядывать фотоальбомы под живописные комментарии Николая, пить с ним самогон, закусывая селедкой и интернациональной картошкой, смеяться над непонятными русскими шутками.

Время от времени, впрочем, Николай, как бы вскользь, возвращался к проблемам Акиры и говорил, что тому здорово повезло: если он боится возвращаться на родину через Москву, это вполне можно организовать через Владивосток, где у него сохранились ого-го, какие связи! Акира с сомнением выслушивал эти не совсем трезвые слова, но неизменно искренне благодарил хозяина. Он чувствовал себя здесь японским браконьером, захваченным благородным и радушным пиратом.

Акиру постепенно заволакивало густым туманом с Курильских островов, сторожевой корабль здорово качало, а Николай, с черной повязкой через глаз и страшным шрамом на щеке, зловеще хохотал хохотал. «Аригато! Все схвачено, Акира-сан! У кэпа этой бандитской посудины передо мной давно должок. Так что он никуда не денется, если только не захочет, чтобы его повесили на рее! Тебя спрячут под контрабандными крабами… Да-да под огромными живыми крабами, закопают прямо в них! Ха-ха-ха! Они страшно колючи и у них во-от такие клешни! Могут ненароком и голову отхватить, не говоря про что другое! Ха-ха! Но ведь тебя это не пугает, а? ты ведь хочешь домой, в Токио?»

Акира метался на кровати с непривычно большой подушкой, а странные образы, почему-то обличенные в форму анимэ, не отпускали его до утра…

На следующий день оказалось, что Николай не забыл своих слов, сказанных под невероятно мягкий, но мигом сшибающий с ног самогон. Акира получил листок в клеточку, заполненный аккуратными печатными буквами. Это были координаты «нужных людей» в Москве и Владивостоке, которые должны были помочь Акире при первом же упоминании о том, что «он от Николая».

На вопрос – каким образом – тот только хитро улыбался.

Акира попытался было расплатиться за ночлег и угощение (благо, ему удалось сохранить при себе деньги и документы, несмотря на внезапное бегство), но выражение лица Николая дало понять, что в таком случае тот вынужден будет сделать себе харакири. В наказание Акиру нагрузили продуктами домашнего производства, и Николай довез его на «УАЗике» до автостанции, где и посадил на автобус до Москвы.

В автобусе Акира постепенно пришел в себе от обрушившегося на него потока гостеприимства и стал, наконец, продумывать дальнейший план действий. Он не мог простить себе того, что не воспользовался телефоном неизвестного доброжелателя. За свою ошибку он расплачивался дорогой ценой. Он так и не добрался до аэропорта, и самолет улетел без него. Акира не позволял отчаянию взять верх над собой, однако попытки разобраться в ситуации до сих пор вели в никуда.

Первой мыслью было поехать обратно в гостиницу. Однако, здраво рассудив, Акира решил, что этого делать нельзя. Ведь водитель микроавтобуса наверняка был связан с персоналом гостиницы, как, возможно, и все прочие нападавшие. Хотя их мотивы пока неизвестны… Нет, только не туда. Тем более, что его номер, видимо, убран, и записка доброжелателя с номером телефона покоится в помойке.

Следующим вариантом было японское посольство. Видимо, только через него и следует искать защиту. Осталось только добраться до него без приключений.

Приняв решение, Акира успокоился и, закрыв глаза, стал мысленно рисовать продолжение похождений Ютаки по чужому городу…

Главное для Ютаки – перестать убегать. Вечное бегство ни к чему не ведет. Надо остановиться и посмотреть в глаза чудовищам. Ведь нет никакой непобедимой силы. Просто на каждую находится свое оружие: каких-то можно победить храбростью и напором, других хитростью, а некоторых – только терпением и ясным рассудком.

Ведь чудовища страшны не столько своим видом, чколько сидящим в нас страхом перед ними. Разве вс пауки и змеи опасны для человека? Наукой доказано, что это не так. Но какое дело до науки охваченному ужасом человеку?

Ютаке надо было действовать. Но спокойно и бесстрашно. И рано или поздно в этом призрачном городе у него появятся друзья. И тогда… Тогда в жизни вместо постоянного бегства появится другой смысл.

Подходя к зданию консульского отдела, Акира замедлил шаг. Сердце стало вдруг биться чаще, будто почуяв неведомую опасность. Уже в квартале от цели Акира почувствовал на себе внимательный взгляд. Он обернулся и прямо за спиной увидел плотную девушку с невообразимой яркой прической, пирсингом в носу, бровях и нижней губе, которая тут же решительно расстегнула молнию огромной бесформенной сумки и сунула туда руку.