Побоявшись снимать с пострадавшего одежду, Акира, тем не менее, освободил прострелянный участок, после чего туго обмотал тканевыми лентами его грудь. При этом Акира чувствовал невероятный страх от того, что что-то делает неправильно, и сам может стать причиной смерти человека. Но ничего не делать он тоже не мог.

От усердных попыток замотать «бинт» потуже человек застонал и с усилием открыл глаза.

– Ты… кто? – прошептал он.

– Акира… Акира Танака. Я от Николая, – сказал Акира и ощутил глупость собственных слов. – Сто здесь слусилось?

– Не знаю… Он выстрелил в меня… За что?..

– Вы не знаете, за сто? – спросил Акира, и новая волна ужаса прокатилась по его спине. Неужели в этого человека стреляли из-за него? Но как они могли понять, что Акира пойдет именно сюда?..

Человек вдруг приподнялся и схватил Акиру за воротник.

– Запомни, когда будут спрашивать, скажи – у того на ладони была большая буква «игрек».

– Игрек?!

– Ну… русская «у», понимаешь?..

– Да…

Акира все прекрасно понимал. В знакомого Николая стреляли те же, кто хочет его собственной гибели.

– Мне нузно идти, – сказал Акира. – Скоро будет помосчь. Вас мозно оставить?

– Да… Дотерплю… А… Что вам было нужно?

– Ничего… Ничего… Я посел…

Он коротко поклонился и вышел. Снизу раздались глоса, заработал лифт. Акира не стал дожидаться лифта, а побежал вниз по лестнице. Выходя, он увидел стоящий у подъезда фургон с красным крестом. А вскоре, сверкая огнями, во двор ворвалась машина с надписью «милиция».

Акира уходил, понимая, что в его жизни происходит какой-то странный поворот. У него оставались еще адреса знакомых Николая во Владивостоке. Однако он не был уверен, что не навлечет беду и на них. Хотя что-то ему подсказывало, что не он один является потенциальной жертвой неизвестных убийц…

Не имея четкого плана действий, Акира решил просто выждать. Спрятаться.

Ютака понимал: для того, чтобы монстры не гнались за тобой, надо сделать вид, что ты – один из них. Пусть не такой быстрый и кровожадный, но такой, на которого чудище не обратит внимания. Такой, которого они не станут есть. Просто потому, что он не вкусен…

Акира, нервно озираясь, шел по вещевому рынку. Он никогда не был в таких местах, так как вырос в довольно благополучной семье. Что ж, отличные впечатления, отличный опыт и великолепная картинка. Странно только, что на московском рынке доминировали отнюдь не местные жители…

– Что это? – спросил Ютака у торговца – на вид страшного, как и все чудища, огромного и мохнатого. На этом рынке теперь торговали одни чудовища – торговали странными вещами, совершенно непонятного назначения. И людей, кроме Ютаки, здесь не было.

– Ты что, не видишь? – недовольно ответило чудище. – Это талисманы для охотников за людьми! Такими слабыми и безмозглыми, как ты, но о-очень вкусными…

Чудовище захохотало, и Ютака чуть не бросился наутек. Однако взял себя в руки и надменно сказал:

– А ну, дай посмотреть!

– Что?! – изумилось чудище и перестало смеяться. – Чего зря смотреть? Повторяю – это для охотников…

– Я слышал. Я как раз собираюсь стать охотником за людьми. Или чудищами – не решил еще… Дай мне посмотреть этот талисман!

Чудище молча протянуло ему предмет, такой же мохнатый, как и оно само.

– Расскажи мне, что с ним надо делать?

– Хм… Ну… Я соврал тебе. Это не талисман для охотников на людей.

– И зачем ты соврал?

– А что ты, человек, делаешь на нашем рынке? Ты просто еда для Охотников… А я не разговариваю с едой.

– Ваши Охотники тоже когда-то станут едой. Для червей!

– Тише, ты, тише! Еще не хватало, чтобы из-за паршивого мальчишки меня лишили патента на торговлю!

– Так что это, если не талисман?

– Это Переговорник.

– Переговорник?

– Да. Чтобы разговаривать с теми, кто далеко отсюда.

– Как сотовый телефон?

Чудище презрительно фыркнуло.

– Ваши мертвые железяки ни на что не годны. Как только пропадет электричество, их можно выкидывать.

– А Переговорник?

– А Переговорник будет работать всегда. Оторви от него кусок и отдай тому, с кем хочешь говорить. И ты в любой момент сможешь с ним пообщаться. И никаких зон недоступности.