– Не то, ну совсем не то, - повторял объездчик.
– Да Мастер его одной левой уложит.

– Чепуха!
– перебил его юный франт.
– Вы, Фоссет, как хотите, - можете не участвовать, а я не отступлюсь, даже если останусь в этом деле один. И подстраховки мне не нужно. Посмотрите, как он сложен - гораздо лучше Тэда Бартона.

– Мистер Уилсон, ну сравните их плечи.

– Подумаешь, плечи! Для победы важнее энергия, темперамент, порода.

– Вот уж точно, сэр!
– вступил в разговор трактирщик.
– Со щенками тоже самое. Чистокровный побьет любую дворняжку, хоть больше его, хоть крепче. Костьми ляжет, а побьет.

– В нем по крайней мере десяти фунтов не хватает, - гнул свое объездчик.

– Ну, вы ж не будете спорить, что он в полусреднем весе.

– Сто тридцать фунтов он тянет и ни фунтом больше

– Да нет! Поставьте его на весы - уверен, что все сто пятьдесят...

– Но ведь и Мастер немногим тяжелее.

– Сто семьдесят пять.

– Это теперь, когда он потолстел от спокойной жизни. А если он скинет лишний жирок, в нем будет совсем немногим больше, чем в этом парне. Сколько вы весите, мистер Монтгомери?

Первый раз кто-то из них обратился прямо к нему. До этого момента он ощущал себя конем в окружении барышников, и только чувство юмора помогало ему не дать волю гневу.

– Я? Одиннадцать стоунов1.

– Ну, что я говорил? Он полусреднего веса.

– А ежели недельку потренироваться, сколько тогда будет?
– спросил Пэрвис.

– Я тренируюсь постоянно.

– Что он в форме, в этом сомнения нет, - признал объездчик.
– Но речь ведь не о повседневной тренировке, а о занятиях с тренером. Я не я буду, мистер Уилсон, если он не потеряет полстоуна за эту неделю.

В ответ на это Уилсон одной рукой взялся за плечо Монтгомери, а другой за кисть и резко согнул его руку в локте. Под его пальцами перекатывался восхитительный, округлый и твердый, как мяч для крикета.

– Потрогайте сами, - сказал он.

Двое его спутников в свою очередь освидетельствовали бицепс, и выражение их лиц изменилось.

– Да, ничего не скажешь... Парень вроде подходящий, - пробормотал Пэрвис, отходя.

– Джентльмены!
– воскликнул Роберт.
– Я терпеливо слушал, как вы обсуждаете мое телосложение. Не пора ли объяснить мне, что все это значит?

Храня серьезность на лицах, троица снова расселась.

– Все проще простого, мистер Монтгомери, - сказал трактирщик несколько смущенно.
– Но мы не можем ввести вас в курс дела, пока не решим окончательно, есть ли о чем говорить. Мистер Уилсон находит, что безусловно есть, а Фоссет противоположного мнения. А он тоже принимает участие в пари, так что у нас с ним равные права. А он еще и член организационного комитета.

Фоссет уже снова выстукивал рукояткой хлыста некий ритм на своих выдающихся зубах.

– Мне поначалу он показался слабаком, - сказал он, - но чем черт не шутит, может и выдержать... Как говорится, ладно скроен да крепко сшит. Словом, если вы, мистер Уилсон, на него ставите...

– Безусловно.

– А вы, Пэрвис?

– Вы видели когда-нибудь, чтобы я отказывался от своего намерения, Фоссет?

– Ну если так, то мой пай тоже остается в деле

– А я все время был уверен, что так и будет, - заявил Пэрвис.
– Никогда еще Исаак Фоссет не подводил партнеров. Значит, так: мы, трое, организуем матч с призом в сто фунтов, если, конечно, мистер Монтгомери согласен.

– Мистер Монтгомери, нам давно пора извиниться перед вами, - сказал студент, - и поставить все с головы на ноги. Мы изрядно заморочили вас, но сейчас все поправим, и, надеюсь, вы нас поддержите. Вы знаете, кого вы нокаутировали утром? Это наша знаменитость, Тэд Бартон.

– Честное слово, сэр, мы все поражены тем, что вы нокаутировали его уже в первом раунде, - вступил в разговор трактирщик.
– Когда у него была встреча с Морисом, а тот чемпион в своем весе, так вот, этому Морису пришлось здорово попыхтеть, пока он не уложил Бартона достаточно надежно. Что до вашего случая - это была чистая работа, и по всему видно, что у вас при желании это дело пойдет.

– Я только сегодня столкнулся с Тэдом Бартоном, а до того и не слышал о нем, - пробормотал помощник доктора Олдакра.

– Просто замечательно, что вы задали ему трепку, - сказал объездчик.
– Это же разбойник с большой дороги, до того распустился. Бранится с каждым встречным, да и слова-то у него все такие, за которые судья назначает штраф по пять шиллингов за штуку. А если кто скажет ему хоть слово поперек, то сразу пускает в ход свои кулачища. Теперь, небось, будет поосмотрительней. Но вообще-то, у нас разговор не об этом...