На помощь пришла Шушу.

– Нашему милашечке смузи? А рогалик кому приготовила? – Ее ноздри хищно раздулись.

Даня, помня о маниакальной любви Шушу к мучным сластям, поспешила отодвинуться вместе с подносом.

– Ему же. И какао тоже.

– Ох, Яков такое кушать не станет. Привереда и врединка. А смузи выпьет.

– Он же мужик, в конце-то концов. – Даня поджала губы. – Должен есть намного больше. Не хватало еще, чтобы отключился где-нибудь с голодухи. И пусть только попробует опять себя до истощения довести.

– Ого, звучит воинственно. – В голосе Шушу появились нотки восторга. – Только с ним и Владислав пытался разговаривать по этому поводу, и я, и Дарий подключался, а уж сколько раз Глеб Валентинович пытался воспитывать! Все тщетно.

– М-м, ясно. Значит, заставим. – Даня покосилась на Шушу и кивком головы указала на дверь в спортзал.

– Ой, уже бегу, бегу. – Девушка метнулась к двери, чтобы открыть ее для Дани. У нее вырвался нервный смешок. – У тебя только что такой убийственный взгляд был – жуть. Мне сразу же захотелось поджать лапки. Может быть, у тебя и получится… заставить его.

Из зала в коридор ворвалась музыка. Даня протиснулась через дверной проем и прислонилась к стене. Яков, лежа на полу, усиленно качал пресс. Скорость выполнения упражнения впечатляла. В воздухе только и мелькал длинный белесый хвостик. Вверх-вниз, вверх-вниз.

– Обалдено, да? – вполголоса спросила Шушу, устраиваясь рядом у стенки. – Он серьезно подходит к тренировкам. Каждый раз с него пот просто водопадами стекает. Упорный мальчик.

Даня предпочла промолчать. Завершив упражнение, Яков откинулся на пол и шумно задышал. При каждом вдохе его грудь вздымалась вверх. Перевернувшись на бок, мальчишка оперся на руки и, не сгибая ног в коленях, в этой позе поднял себя и принял вертикальное положение. А затем заметил гостей.

Демонстративно поморщив нос, Даня двинулась к ближайшей скамейке у стены и водрузила на нее поднос. Яков остановил музыку и тоже подошел.

– Доброе утро! – радостно поприветствовала его Шушу.

– Угу. – Яков стащил со скамейки свернутое трубочкой полотенце и прижал его к лицу.

«Насквозь промок. – Даня, опустив голову, разглядывала красную ткань футболки, облепившую его талию. – Пот на коже… Уймись, фантазия!»

– Что? – Яков застыл с горлышком бутылки у рта. Внутри булькнула вода.

– Я принесла завтрак.

Мальчишка окинул взглядом поднос. И потянулся к смузи.

– Остальное тоже тебе. – Даня водрузила руку сверху на банку со смузи и отодвинула ее подальше от Якова.

– Я такое не ем.

За спиной Дани тяжело вздохнула Шушу.

– Ой, телефончик. – Она отвлеклась на звонок и заспешила к выходу. – Я на минуточку, ребятки.

Яков не двигался. Руку тоже не опустил. И злобненько так пялился. А Даня отодвинула смузи еще дальше.

– Завтрак должен быть питательным.

– Давай сюда.

– Глаза разуй. Пардон, обратите внимание, милостивый господин, ваше кушанье прямо перед вами.

– Ты хочешь, чтобы я булками питался?! Я телом работаю. Куда, по-твоему, это отложится?!

?

– Во-первых, иногда себя побаловать можно. Для настроения. Это вкусно, прикинь. Во-вторых, это только начало и вовсе не значит, что другие завтраки будут столь же калорийными. В-третьих, судя по моим наблюдениям твоей конструкции тела, ты к полноте не склонен. Так что жуй!

– Когда это ты мою конструкцию тела наблюдала? Ты что в тот раз подсматривала?!

«Вот на черта вспоминать то, что в ванной случилось?! – мысленно простонала Даня. – По-тихому бы разошлись и все. И вообще, зацепился только за последний аргумент! Гадкая мелкота!»

– Я тебя этими руками щупала. – Даня сунула ладони под нос Якову, а, заметив, что у того начали расширяться глаза, быстро напомнила: – Когда мерки снимали. Помнишь? Фаниль меня заставил.

– А… да, точно. – Яков слегка успокоился.

«Он что, решил, что я его ночью полапала?» – Даню пробрало на смех.

– Съешь. – Она добавила к интонациям мягкости. – С какао будет очень вкусно.

Однако Якова измором было не взять. Он набычился, присел на корточки подле скамейки и взял бутылку с водой.

«Прекрасно. По-хорошему мы не хотим».

Даня оперлась ладонью на стену, выгнулась в спине и с особой откровенностью выпятила бедро. Почувствовав неладное, мальчишка глянул вверх.

– Значит, я красивая?

Яков поперхнулся. Вода закапала из уголков его губ.